Автор
Не женись на мне. Пульс учащается от предстоящей ссоры, а гнев течет через все тело как ручей по камням. Мурад - это новый шанс, ради которого я готов оставить Тимура. Но он не может разрушить наш мир вспышкой ярости! Умоляю его прислушаться к разуму.
Похоже, «Нелюбимая жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тимур отказывается от завтрака, и мы вместе садимся в его машину, направляясь к моему отчему дому.
– В следующий раз садись спереди, – говорит он, бросая на меня взгляд в зеркало заднего вида.
– Это неприлично, – отнекиваюсь я.
Он только усмехается, но не возражает. Даже пары в возрасте не всегда едут в машине рядом друг с другом, не то, что молодые. Жена должна сидеть сзади. В Москве вряд ли следуют этому нелепому правилу, но тут у людей везде глаза и уши, а еще, они любят посудачить о чужих плохих манерах.
Когда мы сворачиваем на нашу улицу, сердце колотится, как бешеное.
Все встречают нас, как и положено в первый визит молодоженов – словно к ним пожаловали дорогие гости. Тимура сразу уводят за стол мужчины, а я остаюсь с мамой и другими родственницами на кухне.
– Ну, что Ляля, как тебе замужняя жизнь? – спрашивает моя кузина Алия, как только мама и тетя Азиза выходят.
Все оставшиеся – кузины более молодого возраста, которых нет нужды стесняться.
– Как и у всех, – неопределенно отвечаю я, накладывая себе в тарелку мамину халву.
Невольно вспоминается, как эту же халву мне присылала мать Мурада. Я так старалась не думать о нем в последние дни, но мысли всплывают сами собой. Мне все еще дико больно. Не могу даже думать, каково ему и что он чувствует после моего предательства.
– И никаких подробностей? – смеются девочки.
– Это не ваше дело."
"– А Мира бы нам все-все рассказала.
Имя Самиры действует на меня, как тряпка на быка.
– Я – не она! Достали уже! Какое вам дело до моей жизни? Живите своей! Не фиг заглядывать в чужую постель!
– Ляля! – возмущенно ахает тетя Азиза, которую мы не заметили. – Что за выражения?
– По-другому и не скажешь! – вступается за меня мама, идущая прямо за ней. – Как вам не стыдно, девочки? Кто задает такие вопросы? Чтобы я больше подобного не слышала!
Естественно, все делают вид, что пристыжены, и больше не заговаривают на личные темы.
Я хотела отвести маму к себе в спальню, чтобы поговорить наедине, но к сожалению, такой возможности не предоставляется. Мы успеваем только обменяться парой слов, как приходит пора уезжать. Я не сдерживаю пары слезинок, обнимая маму, а потом с грустью смотрю на братьев и отца. Было бы неприлично обнимать их при всех, поэтому я только слабо взмахиваю рукой, прежде чем сесть в машину, до последнего провожая их взглядом.
