Автор
В темном доме солнечного послеобеденного света, Даша чувствует себя непривычно легким и свободным. Её шаги по улицам тихого городка производят шелестящий звук - каблуки на босу ноге. Здесь всё кажется спокойнее: даже ночевки без приглашения кажутся естественнее, чем мечты о романтическом свидании....
Поэтому диссонанс странный в голове происходит, но стараюсь не думать. Я пришел к дочери. Это куда важнее.
Глава 37
ЛешаОсматриваю дом, в котором когда-то жил. Все изменилось. Даже мебель другая. Юля тоже, что удивляет меня больше всего.
Молча делает чай. Не выгоняет меня с криками, не обещает написать заявление в полицию за якобы незаконное проникновение в дом. Она и так может. Или могла?
Шавка во дворе все еще лает, не нравлюсь я ей, а вот кошак какой-то притащился ко мне и у ног ластится.
Полина на рисовании, если верить словам Юли.
– Когда вернется Полина? – спрашиваю я, потому что знаю, зачем пришел. Мне эти молчанки и чай ради гостеприимства не особо нужны. Не гонят, и спасибо. Теперь дайте увидеть дочь.
– Через десять минут заканчивает, еще минут десять, чтобы дойти. Торопишься? – спрашивает она и ставит передо мной чашку с зеленым чаем, который я терпеть не могу.
– Нет, просто хочу увидеться. Она сама ходит?
– Да. Машины у меня нет, и она уже взрослая. – Юля пожимает плечами. Машины у нее нет. А что ж так? Забрал твой папик ту красненькую, ради которой ты меня тогда бросила? Бесит. Стараюсь не реагировать, но осадок внутри неприятный. Мне все равно на Юлю, давно отпустил. Просто воспоминания.
– Я на машине, можем забрать. – Я встаю сразу, не давая подумать, и иду к выходу. Пить жуткий чай и общаться с бывшей нет никакого желания, а так и время до встречи с дочкой автоматически сокращается.
И Юля снова не спорит. Просит минуту, чтобы переодеться, и выходит за двор, застывая перед моей машиной.
– Это твоя? – спрашивает с недоверием. Еще бы. Когда мы расходились, я о такой даже мечтать не мог. Много времени прошло.
– Моя.
– Это сколько хоккеисты нынче зарабатывают, чтобы на таких тачках кататься? – Выражение лица Юли сразу же меняется. Она уже совершенно не кажется несчастной. И даже улыбается немного. Ясно.
Сажусь в машину, не отвечая, и Юля быстро прыгает следом на переднее, а я чувствую, как меня бесит немного, что она здесь. Я привык, что это место одной рыжей сумасшедшей девчонки, которой плевать, какая у меня машина и сколько нынче зарабатывают хоккеисты. Мне не хватает рыжего пятна справа, которое постоянно от дороги отвлекает и взгляд притягивает. Очень не хватает. Нужно будет заехать к ней сразу, как вернусь.
