Автор
27 августа 20...7: Бла-бла-бла. Вот он, дневник Севастьяновой Дарьи — первые записи в чертовом двадцать первом веке. Здесь она делится своими мыслями о настоящем и будущем, страхами и мечтами в этом безжалостном мире серого окна и чуждых техногенных шаблонов жизни.
– Ну что? Идем?
Я кивнула.
Мы молча направились во двор, где несколько мальчишек запускали в небо разноцветных бумажных змеев. Один запутался в пожелтевшей верхушке осины. Мы с Филом остановились, задрав головы и с интересом наблюдая, как же парнишки выпутаются из столь щекотливого положения. Но те и не торопились спасать «зверя», попавшего в беду. Только громко и оживленно обсуждали что-то. Тогда мы с Филиппом побрели в сторону набережной. Я еще пару раз обернулась. Теплый осенний ветерок продолжал трепать разноцветного запутавшегося змея.
– Как у вас атмосфера в классе? – спросил вдруг Фил.
– Ты о чем? – удивилась я.
– Не знаю, просто столько слухов вокруг… – туманно отозвался он.
– Каких слухов? – насторожилась я.
Неужели Кайзер еще и параллельному классу разослал сообщения о моем «недуге»?
– Ну… по поводу Роберта… – начал Филипп.
Я с облегчением выдохнула. Что так болтают по поводу Роберта, меня вообще не беспокоило.
– И тебя!
– Меня? – повторила я и быстро выпалила: – Это неправда!
– Значит, вы не встречаетесь? – улыбнулся парень.
– Что? – я рассмеялась. – Скажешь тоже. Нет конечно! Ты с чего взял?
– Говорю же, слухи ходят.
Я озадаченно посмотрела на Фила. Не могла Нелли Николаевна пустить такую дурацкую сплетню. Взрослый же человек! Интересно, откуда тогда все пошло? Я вспомнила, что девчонки видели, как мы с Робертом выходили из лаборантской. Вот стервы! А может, это новенькая рыжая? И ведь на днях я решила начать думать о ней только хорошее…
– Пусть слухи и дальше ходят, – улыбнулась я.
Филипп улыбнулся мне в ответ и бросил на асфальт доску.
– Хочешь попробовать?
– Ой, я не умею, – смутилась я.
– А я тебя научу! – и он протянул мне руку. – Вставай.
Время от времени я отталкивалась правой ногой от гладкого сухого асфальта. Скейт катил меня практически бесшумно. Филипп крепко держал за руку. Внезапно я поймала себя на мысли, что этот нескончаемо летний сентябрь мне все-таки нравится.
– Знаешь, я часто нарезаю на скейте круги по набережной, – признался Фил.
– Серьезно? – удивилась я.
– Да!
– Но почему именно здесь?
– Спокойно, уютно, а вечерами очень красиво…
– Это да, – согласно кивнула я, принимая из рук Фила картонный стаканчик с горячим кофе. – Бесконечно люблю это место.
Мы нашли местечко под одним из кленов. Я сидела на скейте, вытянув ноги. Филипп расположился рядом, предварительно бросив на землю потертую джинсовку.
