Она была влюблена в него, поэтому на меня смотрела без особой симпатии. Когда я была директором, со мной делили исключительно власть, здесь я стала слишком яркой, незамужней и свободной. Уверена, в кулуарах могли шептать, что ищу мужика. Но ведь я не ищу, я нашла. Сексолога. Другие меня сейчас не интересовали.
— Мария Андреевна, — обратилась к ней, — тут у Сергея Павловича билеты в театр, — и подмигнула ему, — а компании нет.
— Я бы с удовольствием, — ответила она. А наш психолог растерялся. Он слишком вежлив, чтобы отказать и слиться.
— А вы, Яна Николаевна… — пытался ко мне апеллировать.
— А она идет со мной, — в дверях появился Каминский. Неожиданно. Вот так и рождаются слухи. Хотя… Да пускай! Не самые плохие, между прочим. — Жду в машине, — обвел всех взглядом и остановился на мне. Обычно ходил под маской ленивой расслабленности, сейчас аура сигналила напряжением. Казалось, что на кожаной куртке, усыпанной мелкой крошкой дождя, влага вскипала и моментально испарялась.
Я взяла сумку, накинула короткое пальто, попрощалась с коллегами, не замечая заинтересованных и даже шокированных взглядов. Каминский потерял осторожность и проявил эмоции, их заметили. Даже очень опытные психологи во всех областях были людьми. Немножко людьми.
— Что-то случилось? — села в черный гелендваген. Артем смотрел вперед, плотно сжимая губы. — Ты напряжен.
Он медленно повернулся ко мне, смотрел так, что мурашки под кожу пробрались, холодили внутренности и одновременно поджигали их.
— Артем… — успела ахнуть, прежде чем он сгреб меня в охапку и прижался к губам. Целовал жадно и грубо, ладонь нырнула под юбку и агрессивно прошлась по бедру, останавливаясь на ягодице. — Что это было? — он так же резко отпустил меня.
— Проверял кое-что.
— Что же? — нетерпеливо подталкивала его.
— Сможем ли мы продолжать терапию, — задумчиво барабанил по кожаному рулю.
— И? — внутренности скрутило. Если нет, то будет сложно. Не было у меня ощущения, что я готова расстаться со своим врачом. Но оно появится. Точно появится! Просто еще рано.
— Мы просто ее немного изменим, — повернулся и прожег меня взглядом. — Я допустил ошибку, Яна. Но… Это уже случилось. Будем работать.
— Я первая, с кем ты переспал на терапии?
Мне было интересно. Не то чтобы хотела услышать, что я особенная, просто любопытно, держится ли он в рамках профессиональной этики.
— Врачебная тайна, — строго заявил и положил на панель два билета куда-то. Я взяла их в руки: приглашение на закрытую премьеру оперы в Мариинском театре.
— Это вроде бы не наш формат? — удивленно подняла глаза.
— Во-первых, я люблю оперу.
Я запомнила. Еще один маленький штрих к его образу.
— Во-вторых, пора тебе заявить о себе всем призракам прошлого. Да и мне вместе с тобой.