Автор
Яна жила обычной жизнью — семья, работа, дом. Но постоянный страх и напряжение накрепко прилипало к сердцу из-за бывшей жены мужа. Ежедневные разговоры с Ромой о будущем ребенка заставляли чувствовать себя в полном осадке. Именно в этот момент Яна поняла, что не имеет права на ошибку, и теперь каждый день становится новым испытанием для ее стабильной жизни....
Она все же детский терапевт и меня, похоже, рассмотреть не смогла. — Ольга Сергеевна, — я поднялся, — покушайте, вы же не обедали. Я счет закрою, не беспокойтесь. Главное, не забывайте: первое впечатление обманчиво, особенно относительно богатых мужчин. Это может быть чревато. Для вас, естественно. Лечите психику детей и не лезьте в трусы к их отцам. Водитель отвезет вас куда скажите. Прощайте.
Я вышел на улицу: пахло летом, теплом, солнцем. Ночи еще не белые, но закаты длинные, долгие, красивые. Я дал задание Олегу отвезти психологиню домой, а сам отправился в центр пешком.
Я просто шел, просто гулял, ни о чем не думал, даже о ЕЕ признании. Иногда человек подходит к краю настолько близко, что все становится слишком и несвоевременно. Всему свой час. Всему.
Я пришел на Заячий остров, сел на камни на берегу Невы и принялся ждать, когда начнут разводить Дворцовый мост. Даже этому событию свое время. На него я не опоздал, а вот Яна… Я сжал кулаки и уперся в теплый камень: провернул несколько раз, соскребая кожу, чтобы ощутить боль, не только пустоту.
Ее тело стонало вместе с моим. Кричало, что ничего не забыто. Плавилось мягким воском в моих руках. Согревало теплотой, как родное, мягкое, близкое. Я так чувствовал! Неужели мне только показалось? Неужели с ним, тем другим, Каминским, блядь, она такая же? Яна ни разу после расставания не показала своих чувств, кроме обиды. А на одной обиде счастья не построить.
Я снова достал телефон. Открыл мессенджер. Наш диалог был закреплен сверху как самый важный. Я смотрел на эти три слова: Я тебя люблю. Злился. Что это? Почему сейчас? Это ответ? Это решение? Это насмешка? Ей-богу, я нихрена теперь не понимал!
Яна не попросила дать время. Не упрекнула в старых грехах. Не поощрила улыбкой. Она в принципе не уверена, что я ей нужен. Она закрыла этот гребаный гештальт.
Я просидел на берегу, пока небо окончательно не погасло и не забрезжило рассветом буквально через час. Замерз жутко. Домой приехал на такси и вырубился. Только сообщение Олегу скинул, чтобы дочку в школу отвез, потому что я умер."
"Николь сегодня была под присмотром няни: у меня же поздний ужин с партнерами должен был быть, а я просидел на камнях до раннего утра. В мае. Не удивительно, что проснулся к обеду абсолютно разбитым.
