Автор
Яна жила обычной жизнью — семья, работа, дом. Но постоянный страх и напряжение накрепко прилипало к сердцу из-за бывшей жены мужа. Ежедневные разговоры с Ромой о будущем ребенка заставляли чувствовать себя в полном осадке. Именно в этот момент Яна поняла, что не имеет права на ошибку, и теперь каждый день становится новым испытанием для ее стабильной жизни....
Мне даже предлагали искусственное прерывание беременности в двадцать недель. Рома уже шевелился, а меня просили дать добро на его убийство. Даже Мирослав просил. У него уже была дочь, и я тоже любила Ники: она была очаровательной, пусть иногда капризной, но доброй девочкой. Да, я была ей всего лишь мачехой: мы никогда не пытались убрать Лику из ее жизни и заставить меня считать мамой. Я хорошо относилась к Ники, но мне хотелось родить самой, хотелось своего ребенка, и я смогла при всех негативных прогнозах.
Я старалась не делить детей, а где-то даже больше внимания отдавала дочери мужа.
— Пойдем, умоемся и поедем в одно место, — предложила сыну. — Секретное, — заговорщически приложила палец к губам.
— А папа? — Рома поддержал игру и говорил шепотом. Папа… Я Мирослава не видела со вчерашней ссоры, но знала, что вернулся домой.
— Папа спит. Он очень перетрудился вчера, — взяла сына за руку.
Через час мы заходили в мою квартиру на Петровском острове. Большую, просторную, светлую. Я никогда не думала о ней, как об инвестиции, и не сдавала в аренду, но и приезжала нечасто: иногда, когда хотелось тишины и побыть наедине с собой.
В отличие от дома, в который меня, молодую жену, привел Мирослав, обстановку в квартире я выбирала сама, по своему вкусу: мило, тепло, по-женски.
— Это будет твоя комната, — отвела сына в просторную спальню, куда завтра должны привезти кровать.
Я очень надеялась, что Роме понравится, и он не будет сильно скучать по прежней жизни. Он же, по сути, не лишался ее, только немного терял. Мирослав — отец, пусть иногда занятой и не всегда супер внимательный, но своих детей любил: мы установим график встреч и дней отца.
