Автор
В душной студенческой лаборатории Майя чувствует резкое замешательство после важного урока. Её сестра Рина сообщила о критическом несоответствии одного из ключевых пунктов в семинаре, который вызвало у Майи дрожь от тихого ужаса. Тем не менее, она сумела сохранить нейтральность и достичь максимальной точности в своих ответах, завершив учебную часть на высшем уровне. На парковке её сердце тревожно колебалось между планами сестры и внутренними переживаниями....
Думаю, что даже лояльные американцы стали бы смотреть на меня косо, если бы вместо обычной должности в отделе маркетинга, я резко стала руководителем.
Оторвавшись от Вовы, иду веселиться. Нас ждёт много разных конкурсов. Все они так или иначе связаны с детской тематикой. В одном из них гостей делят на пары. Я попадаю с Артуром — высоким долговязым айтишником.
Мне завязывают глаза, а его усаживают на стул и вешают на шею слюнявчик. Цель – как можно скорее накормить партнёра детским яблочным пюре.
Я заливисто смеюсь и активно включаюсь в игру.
Слышу, что хохочет и Артур. Кажется, я попадаю ему то в глаз, то в ухо. Искреннее прошу прощения, пробую снова. Волнуюсь, но заряжаюсь хорошим настроением и всё-таки дохожу до конца.
Когда снимаю повязку, то понимаю, что мы справились первыми! Затем смотрю на Артура и… громко прыскаю. Его лицо полностью в яблочном пюре. Губы, глаза, щёки.
— Боже мой, прости! Тебе было больно?
Спрашиваю и не могу при этом сдержать смех.
— Было рисково, но вкусно, — подмигивает напарник. – Пойдем умоемся?
Мы находим ванную комнату на первом этаже дома. Сначала я умываю руки, а затем помогаю стереть яблочное пюре с шеи Артура. Понятия не имею как именно оно там оказалось! С завязанными глазами представлялось, что, если я и не попала в цель, то была очень близко.
— Ты чист, — заявляю Артуру. – Но рубашка мокрая.
Он оборачивается, благодарит меня за помощь. Как только мы выходим на задний двор, то начинаются танцы.
Титов стоит чуть поодаль и общается с Анатолием. Вокруг Светланы собралась толпа подружек. Они в своей струе, я же чувствую как тело окутывает покалывающим кожу холодом. Знаю, что никто не обязан помогать мне влиться, но ощущение того, что я здесь чужая – никак не проходит. Радость и веселье растворяется как дымка. Увы, оно было обманчивым, временным.
— Не хочешь потанцевать? – неожиданно спрашивает Артур.
Я тут же киваю, протягиваю ему руку. Кружась под медленную композицию на импровизированном танцполе, понимаю, что сильно хочу домой. Не в чикагскую квартиру, а к Рине, Валюше и даже маме. На меня редко накатывают приступы ностальгии, но сейчас они ощущаются особенно сильно — до ноющей боли за рёбрами.
— То, что ты чувствуешь – это нормально, — произносит Артур. – У меня тоже такое бывало. Вроде бы спокойно, ровно.
