Да, ещё – визит лекаря. В другое время этот поступок имел бы неприятные для тебя последствия, то есть ты была бы наказана за ослушание, но теперь признаю – хорошо, что не разрешила Ханцу заново сломать тебе ногу. В связи с изменившимися обстоятельствами он не смог бы посещать усадьбу, не смог бы тебя долечить, и я даже представить боюсь, какие были бы последствия».
Голос смолк, и Софья уже было решила, что муж закончил раздачу ЦУ и самоудалился по-английски.
Ан нет!
Помолчав некоторое время, ракушка выдала вздох, а затем снова раздался голос Армана."
"«Миледи, я очень надеюсь на ваше благоразумие. Поначалу вы разочаровали меня, но после болезни продемонстрировали наличие разума, характера и стойкости. Постарайтесь ничего из этого не потерять! Выживите, и я обещаю, что по возвращении изменю вашу жизнь к лучшему».
Ракушка зашипела, потом хрюкнула и окончательно замолчала.
Софья повертела «говорящее письмо» в руке. Отложила его, затем снова поднесла к уху. Но то ли запись была рассчитана только на одноразовое воспроизводство, то ли разрядился носитель, но больше она не услышала ни звука.
Итак, что у неё есть?
Куча денег. Но покидать усадьбу она не может.
Две пригоршни дорогих артефактов. Но она уже научилась обходиться без них.
Обещание от герцога хорошей жизни в будущем. Но до этого будущего ещё надо дожить.
И ни слова о...
Опять.
Или снова?
Какая, впрочем, разница?
Когда герцог вернётся... если герцог вернётся к ней, а не к леди Адель... то его ждёт сногсшибательный сюрприз.
И она сейчас не о бодрящем приветствии скалкой, коего он, несомненно, заслуживает.
Нет!
Она о тех изменениях, которые уже произошли в усадьбе. И о тех, которые обязательно добавятся за два года!
Разум, характер и стойкость, говорите?
Не растеряю, даже не надейтесь! У меня, спасибо вам, милорд, такой стимул... ради благополучия которого я и по головам пойду, если прижмёт.
– Миледи! – в дверь поскреблась Лота. – Простите, но там...
– Что – там? Проснулась?
– Подобрашка? Нет, миледи, она спит, за ней мама присматривает. Боюсь, к нам ещё одна явилась. Во всяком случае, выглядит так же – худая, измученная и явно голодная. Возле въезда стоит, её магия не пускает. Посмотрите или гнать взашей?
– Почему это магия не пускает? Она, эта бродяжка, с недобрыми намерениями?
– Да нет, так работает охранная магия! Попасть за контур может только тот, кто имеет разрешение. Ну, свои. А новых пропустит только если хозяйка, то есть вы, миледи, позволите им войти.
– А! Думаю, нам не стоит привечать чужаков. Кто его знает, откуда они и с какой целью прибыли. Гоните прочь, – Соне не терпелось вернуться к сундучку и заняться артефактами.
– Хорошо, миледи. Только...
– Что ещё? – недовольно произнесла герцогиня. – У меня нет времени на всякие...