— Эй, Ульяна, ты куда? Что произошло? Меня Рашид позвал. Ты обиделась, когда не нашла меня? Я не слушаю ее объяснения. Сейчас больше всего на свете хочу запереться в комнате, остаться одна. Мне необходимо прийти в себя.
Заворачиваюсь в халат, сую мокрые ноги в тапочки, и направляюсь к выходу. Не хочу оставаться здесь больше ни секунды, хотя Арслана нигде не видно.
Ника слишком упряма, чтобы отстать, она догоняет меня, требовательно хватает за руку.
— Скажи, что случилось?
— Ты специально столкнула меня с ним, да? — оборачиваюсь, смотрю на нее, не скрывая своего раздражения.
— Прости, — вздыхает, даже не думая отпираться. — Я подумала, вам лучше поговорить. Утрясти все…
— В следующий раз найди кого-нибудь другого для своих манипуляций! — стряхиваю руку девушки и быстрым шагом иду наверх.
Очень хочется остаться одной, но увы, в этот вечер вселенная категорически игнорирует мои желания. В моей комнате, которую я нашла не без труда, заплутав по огромному дому, находится мама. Сидит в кресле, вид — заплаканный.
— Как поплавала? — в ее голосе отчетливо звучат нотки обиды.
— Не очень. Замерзла. Думала принять ванну.
— Хорошо, я не задержу тебя.
— Все в порядке? Ты выглядишь расстроенной. Фарид что-то сделал?
— Нет, не Фарид! — восклицает мама, вскакивая на ноги. — Твоя реакция. Ты даже не обняла меня, Ульяна. Я привезла тебя сюда, чтобы ты поддержала меня…
— Извини. Все было слишком неожиданно.
Возможно, я действительно плохая дочь, но вины не чувствую. Мама ведет себя как ребенок. Пытается переложить на меня ответственность. Не понимаю, почему. Возможно, я слишком холодно повела себя. Но ведь ситуация такая сложная! Фарид женат, меня пугает его сын. Арслан определенно в бешенстве от новости о ребенке. Он, наверное, пока не должен был об этом узнать. Все так запутанно, я совершенно не хочу находиться в этом доме, где все пропитано лицемерием.
— Я очень хочу уехать отсюда, завтра утром.
— Но Ульяна… Мы же договорились! Ты делаешь все еще хуже!
— Мне совершенно незачем тут находиться.
— Так это правда. Отец собирается жениться! — сестра ходит взад-вперед по кухне, волосы растрепаны, щеки горят. — Арс, я не могу поверить! Мама борется за жизнь, а он… Как он может поступать так? Я не могу… не смогу больше посмотреть ему в лицо!
— Успокойся, — сгребаю сестренку в объятия. — Нам уже нужно выезжать к матери, иначе попадем в пробку.
