Я просыпаюсь в зеленовато-сером свете, где каждый камень на стенах и каждая линия стен выглядят загадочными изголовьями сказочных миры. Мужчина, который кажется не просто обычным, а каким-то особенным драконом — стоит передо мной, его богатырские плечи и упругие ягодицы кажутся частью истории, которую я недавно прочитала в сказке....
В окне тут же загорается свет, а дверь гостеприимно открывается.
По спине пробегают мурашки: похоже, это первый раз, когда я вижу, как тут применяется магия. И это… впечатляет.
Интересно, дракон упомянул, что у меня было больше магии, чем он ожидал. Значит ли это, что я тоже смогу вот так, как Лира? Пристану к ней завтра с этим вопросом."
"Мы пьем с тетушкой Ли чай на уютной маленькой кухоньке со старинной мебелью, выцветшими обоями и свежими цветами в хрустальной вазе на столе. Болтаем о чем-то незначительном: какая в этом году была весна, какой вкусный вишневый напиток в той таверне и как Марта его готовит.
А потом она отправляет меня спать, да и сама скрывается за чуть покосившейся дверью. Я с удовольствием вытягиваю ноги, какое-то время смотрю в потолок, все еще не веря, что вид обнаженного привлекательного дракона я созерцала сегодняшним утром.
Чес укладывается рядом на тумбочке, пообещав мужественно охранять мой сон.
Мне кажется, что за этот день я жила по-настоящему больше, чем за весь прошлый год в своем мире.
Спокойствие ночи нарушает шум и грохот такие, что аж все стены флигеля сотрясаются, а я подскакиваю на кровати.
И что это было?
Глава 10. О внезапных прилетах
Выпущенный от резкого пробуждения в кровь адреналин заставляет сердце усиленно биться, так что я будто бы даже чувствую, как оно ударяется о грудную клетку.
Тяжело дыша, спускаю ноги на холодный деревянный пол: ночи пока еще прохладные, а за день флигель не успевает прогреться. Поджимаю пальчики: завтра точно надо выпросить или носки шерстяные или тапочки, а то так и простыть легко можно.
Натягиваю на себя шаль, которую выдала мне тетушка Ли и припадаю к окну в надежде хоть что-то рассмотреть. Но как назло, мое окно выходит в заросшие кусты и максимум, что мне удается увидеть — это качающаяся перед окном ветка сирени.
Значит, надо на улицу. Оглядываюсь на тумбочку — а моего защитничка-то и нет. Ну вот, а как же “охранять мой сон”?
Шлепаю в темноте ночного дома в холл, где беру из камина кочергу, нахожу свои ботиночки и, прямо босыми ногами нырнув в них, выхожу на улицу.
Меня тут же окутывает ночным холодом, отчего я, не в силах бороться с этим, широко зеваю. Воздух наполняет стрекот цикад и сверчков, где-то в отдалении слышен плеск воды и лай собак. Пахнет свежестью с речки и сладостью целого букета весенних цветов.
Стараясь не издавать ни звука, крадусь по дорожке в сторону особняка. Хотя мне жутко от мысли, что меня там может поджидать.
