Я просыпаюсь в зеленовато-сером свете, где каждый камень на стенах и каждая линия стен выглядят загадочными изголовьями сказочных миры. Мужчина, который кажется не просто обычным, а каким-то особенным драконом — стоит передо мной, его богатырские плечи и упругие ягодицы кажутся частью истории, которую я недавно прочитала в сказке....
— Держи эту ненормальную! Она чуть не покалечила вашего главного защитника! — жалуется он.
Я качаю головой и не могу сдержать улыбки: ну надо быть таким непосредственным!
Тетушка Ли только сейчас понимает, как устала: запал заканчивается. И она, тяжело дыша, опирается обеими руками на трость.
— Мышей мне только в доме еще не хватало! — охая, сетует она. — И так уже все едва дышит и ремонта просит. Так еще и грызуны тут…
Глажу ее по морщинистой руке и иду к печке: там как раз закипает в котелке вода.
— Не переживайте, тетушка Ли, — примирительно говорю я.
— С тобой? — удивляется она. — Да как же так?
— Сейчас все за чаем и расскажу, — я нахожу на полке баночку с тем самым ароматным чаем, что накануне заваривала Лира, насыпаю в чашки и заливаю кипятком. — Вы мне лучше расскажите, вы ночью ничего странного не слышали?
— Да что странного в наших краях может быть? — пожимает она плечами и, хромая, доходит до стола. — Разве что мой племянничек завалится.
Надо же, а пока за Чесом охотилась, Лира даже не хромала.
— Так он днем обычно, чтобы его накормили-напоили и денег в долг дали, — продолжает тетушка Ли. — Да откуда они у меня? И так натуральным обменом живу. А на ночь я настойку вербены пью, а то бессонницей мучаюсь.
Да уж, мне бы такую бессонницу. Помнится, мне даже крепкие снотворные в последнее время не помогали.
Но из рассказа Лиры отмечаю себе информацию про племянника. Значит, гости у нас вполне могут быть, главное, быть к ним готовым.
Я ставлю перед тетушкой Ли чашку.
— Там еще на полке печенье, которое я вчера испекла. Достань его к чаю, а то ты такая худая, что тебя поскорее хочется откормить.
Нахожу на полке глиняную вазочку с печеньем из песочного теста под сероватой льняной салфеткой, ставлю ее на стол и сажусь сама.
Чес аккуратно высовывает нос из-под печи:
— Пахнет вкусно. А я голодный, — жалобно произносит он.
Я отламываю небольшой кусочек печенья и кладу на пол. Надо будет подумать, как сделать ему что-то более-менее цивильное: все же не простой у меня мышонок, говорящий.
Тетушка Ли смотрит на это все не особо одобрительно, но и не спорит. Похоже, ждет, что я расскажу.
— А ты почему про ночь-то спросила? Случилось что?
— Мой мышонок, — киваю на Чеса, — нас от дракона спас!
Тетушка Ли закашливается. Кажется, надо было подавать информацию как-то иначе.
