Автор
Свергнутая королева избежала заточения и начинает новую жизнь, восстанавливая заброшенную усадьбу. Но её сердце жаждет мести супругу-императору, отнявшему корону. Сумеет ли она возродить своё былое величие и отомстить предателю?
Злился оттого, что интуиция шептала одно, а глаза видели другое.
Я тоже злилась, и все больше хотела построить рядом с подъемником дыбу для самых любопытных.
— Слава богам, — прижала ладонь к груди, — а то я уж испугалась. Страшно одной все-таки. Ни защитить, ни помочь…кстати о помощи. Раз уж ты пришел…
Глава 28
Спустя пять минут Райм махал колуном, разбивая бревно, с которым мне не удалось справиться. При этом выглядел так, словно не понимал, что вообще происходит. Почему он пришел за одним, а вынужден заниматься другим.
— Ведьма, — бухтел себе под нос, — точно ведьма…
А я подсовывала ему доски и обломки, а потом и вовсе еще одно бревно из кучи вытянула. Крепкий и здоровый? Вот пусть и работает. Больше дела, меньше болтовни.
Я намеревалась использовать его по полной, выжать досуха, чтобы без сил уполз, но кровожадные мысли были перебиты новыми ощущениями.
Я почувствовала Светлого. Даррен был еще далеко, но путь он держал сюда, в мою усадьбу
— Намазано вам тут что ли? — проворчала я, не отрываясь от работы.
— Что? — тут же отреагировал Охотник, но я сделала вид, что не слышу.
По мере приближения Светлого волнение усиливалось.
Зачем-то проверила все ли в порядке с платьем, со шнуровкой на груди. Вытащила соломинки, забившиеся в косу. Затем еще раз прошла ладонями по волосам и на всякий случай потерла щеки — вдруг чумазые.
Потом столкнулась с насмешливым взглядом Кота, как всегда устроившемся на широком подоконнике, и почувствовала себя глупо.
Для чего прихорашиваться? Для кого?
Разозлившись на себя, снова обратилась к подъемнику, и пока Светлый добирался до усадьбы, успела вытащить еще одно бревно и выслушать горестные вздохи Охотника, заподозрившего, что живым я его не отпущу.
Еще издали послышался скрип колес на разухабистой дороге, поэтому я вышла встречать. Старая телега остановилась возле моей калитки. Скинув поводья, Даррен соскочил с облучка, похлопал ладонью по лоснящемуся боку тяжелого жеребца.
— Чем обязана? — скупо поинтересовалась я.
Мужчина неспешно обернулся:
— Открывай.
В отличие от Охотника болтливостью он не отличался. Этим и подкупал.
Я распахнула калитку и посторонилась, разрешая войти. Подхватив с телеги внушительный тюк, Даррен закинул его на плечо:
— Это в дом.
В дом, так в дом.
Не задавая лишних вопросов, я запустила его внутрь.
Он переступил через порог и, окинув помещение, быстрым взглядом сказал:
— У тебя стало чисто. Не думал, что справишься.
