Мне ее не хватало…"
"- Папа тебя не потеряет? – ласково шепчу, накрывая рукой ее макушку и перебирая пальцами распущенные волосы. С любовью окидываю взглядом детей. Мои крошки, все втроем уместились. Лишь бы не пинали друг друга посреди ночи.
- Па хапит, - жалуется Алиса, и я с трудом подавляю смех, когда она забавно похрюкивает носиком, пытаясь имитировать храп.
- Неправда, - чуть слышно шелестит со стороны незакрытой двери, и на пороге появляется Гордей. Наблюдает за нами, опершись о косяк, а потом все-таки подходит ближе и садится на пустую половину кровати. – Сбежала от меня, очень хотела к тебе, - виновато объясняет.
- Пусть, - поглаживаю по голове свернувшуюся клубочком Алиску, накрываю ее уголком простыни. Посматриваю на сопящих рядом двойняшек, и на душе вдруг так хорошо становится, будто огромный булыжник, что душил меня все это время, наконец-то слетел и осыпался каменной пылью. Свободно дышу полной грудью. – Места здесь всем хватит.
Оглядываюсь на Гордея, изучаю его лицо, окутанное сумраком. Некоторое время смотрим друг на друга в полной тишине, будто видим впервые и заново узнаем. Одинцов отмирает, подается ко мне, опираясь на локоть, и невесомо целует в плечо. На мне лишь хлопковая ночная рубашка на бретельках, поэтому прикосновение его горячих губ к голой коже прошибает все тело разрядом тока.
Вздрагиваю, покрываясь россыпью мурашек. Гордей заботливо накрывает меня тонким пледом, ложится сзади и обнимает.
- Не боишься отца? – уточняю испытывающе.
- Я уже не в том возрасте, чтобы прятаться от родителей любимой, - четко чеканит, обезоружив меня трепетным признанием.
Прижимается горячим торсом к моей спине. Уткнувшись носом в затылок и зарывшись в спутанные, длинные волосы, разметанные по подушке, он почти сразу отключается, словно путник, нашедший ночлег после долгих странствий. Засыпает спокойно и глубоко. Понимаю это по равномерному дыханию и ослабленной ладони на моей талии.
Надо бы прогнать незваного гостя, но… я касаюсь подушечками пальцев его руки, провожу по предплечью, рисуя невидимые узоры между жестких волосков. Осмелев, обхватываю широкую ладонь и прижимаю ее к себе, фиксируя под грудью.
Как же хорошо, боже, только не отнимай их у меня. Я не переживу это снова…
Глава 34
Гордей
С зудящим нетерпением дожидаюсь окончания приема, борясь с острым желанием выбросить за дверь пациента. И дело не в том, что я бездушный врач. Впрочем, в данный момент я именно такой, потому что передо мной тот самый бизнесмен, связанный с политикой, который все-таки добился моей консультации. Я не имел права ему отказать, а зря… Как я и предполагал, ничего серьезного по части кардиологии у него нет – просто человек слишком себя любит и трясется за свое здоровье.