Автор
Сердце на двоих: Мама, которая не просто дышит, но и бьется за два жизни. Когда врач открывает страшную тайну, и беременность стала не только радостью, но и испытанием для уже страдающего сердцем отец-материнства.
- Сынок, прости меня, - подает голос Олеся Яковлевна и со слезами на глазах обнимает его. А потом и… меня, более сдержанно. – И ты меня прости, Вика.
Опешив от неожиданности, я могу лишь заторможено кивнуть. Сильнее прижимаюсь к Гордею в поисках защиты. Все равно верю только ему и не знаю, насколько искренна его мать.
- Виктория, приятно познакомиться с женщиной, которая спасла моего сына, - протягивает мне ладонь свекор, и я неловко вкладываю в нее свою.
- Я… просто… - теряюсь с ответом и не замечаю, как с губ срывается правда: - влюбилась.
Виталий Кириллович расплывается в доброй улыбке, а я вспыхиваю и краснею до корней волос, чувствуя, как в легких сгорает весь кислород. Не могу поверить, что все в порядке, а отец Гордея не станет нападать и оскорблять меня.
- Виктория, я могу?.. - поджимает губы, собираясь с духом, и взволнованно выпаливает: - Я хотел бы увидеть внуков.
- Боже, да, - спохватившись, отступаю от дверного проема, который мы с Гором перекрыли, как два стражника. - Конечно, проходите.
С замиранием сердца наблюдаю, как родители Гордея знакомятся с двойняшками. Неуклюже, трепетно, с опаской. Свекор боится, что дети не примут его, но через несколько минут в гостиной звучит неуверенное: «Де-да?» С бабушкой сложнее – к ней малыши относятся с настороженностью.
Виола быстрее привыкает к новым родственникам, а Рус привычно вредничает, проявляя отцовский характер. Зато Алиска счастлива до безумия – все ее близкие люди в сборе.
- Ущипни меня, - шепчу Гордею, не сводя глаз с детей и украдкой смахивая слезы со щек.
- Могу лишь поцеловать, - отзывается с любовью и тут же претворяет свое обещание в реальность, наклонившись к моим губам. На мгновение растворяюсь в нашей любви.
- Мне не верится, что это все настоящее, - рвано выдыхаю, и слова тонут в детских голосах и смехе. - Наше.
- Викуля, ну, конечно, наше, - бархатно смеется муж. - Наше счастье.
Наша жизнь, которую мы подарили друг другу
Конец."
