Не думаю, что это хорошая мысль, учитывая мое нынешнее состояние, — я сбросил с себя пиджак и расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки.Валентайн сел в кресло напротив меня в и, сложив ногу на ногу, сцепил руки на коленях.— Сегодня дракон взял надо мной верх. Я потерял контроль, — начал рассказывать я.Валентайн молчал и спустя некоторое время спросил:— Где и когда это произошло?— На бале у мэра. Примерно после полуночи я решил подняться на второй этаж и воспользоваться гостевой комнатой, чтобы немного отдохнуть от настойчивых партнеров, — скривился я, вспомнив толпу ушлых драконов.
На деле они просто прощупывали почву и хотели посмотреть на меня, чтобы понять, стоит ли связываться со мной и пускать на свой рынок в Гринетсити. Или же дать от ворот поворот. А также драконы оценивали: буду я их конкурентом или партнером. Увы, конкуренция не чужда и драконам.— Каким образом ты потерял контроль? Были вспышка агрессии, ярости или желание обратиться? — деловито расспрашивал Валентайн.— Нет. Сначала все было нормально.
Но стоило мне только подняться на второй этаж, как я почувствовал жар и нестерпимую жажду во всем теле.Валентайн нахмурился, услышав мои слова:— О жажде какого рода ты говоришь?— Похоть и дикое возбуждение.— Надеюсь, Марго смогла унять твои аппетиты? — внезапно Валентайн успокоился и расслабился. А я даже понял, что он скажет в следующее мгновение: — Возможно, у вас было долгое воздержание. А еще переезд и новые драконы. Самцы всех мастей, и твоя ипостась решила заклеймить драконицу.
Почему-то ты до сих пор так и не сделал этого. Так что не вижу ничего странного в твоем поведении. Для дракона это нормально желать свою женщину, особенно, когда вокруг вьется такое количество мужчин.Я снова исподлобья посмотрел на доктора Валентайна:— Нет. Это была не Марго, а другая драконица.Мне показалось, что в глазах Валентайна на миг мелькнула искра искреннего интереса. Но он промолчал, ожидая моих дальнейших пояснений.— Я не знаю кто она. И наш секс вряд ли можно назвать нормальным.
Я просто сошел с ума от ее запаха. Мне казалось, что не могу надышаться ею.— И что же она?— Была абсолютно не против.— Тогда ничего страшного. Видишь ли, если брать во внимание, что мы больше звери, чем люди, то это не выглядит чем-то выходящим за рамки нормального.— Ты не понял. Она сначала была не против. Но вот то, что происходило потом… я не могу объяснить. Я не мог насыться ею. Только утром я с трудом пришел в себя и ушел, чтобы не замучить ее вконец.
