Автор
Эшели вздыхает, окунаясь в аромат утренних роз. Она уже на пороге встречи с важным заказчиком и несчастная головная боль мешает ее готовиться. Стараясь привести себя в форму, Эшли выходит на дорогу, где воздух наполняется пряными нотами цветущих роз.
С лукавой улыбкой она потянулась к его пряжке и сказала:
— За женщину никто не сделает ее работы.
И снова ее поразила его ослепительная красота. Стягивая с его длинных мускулистых ног джинсы, она упоенно любовалась им. Положив ладонь ему на колено, провела другой рукой вверх к выделяющимся волосам на внутренней стороне бедра. Он томительно вздохнул, тотчас потянулся за ее руками и опрокинул на себя.
— С художниками вся беда в том, — проворчал он, — что они считают главным делом созерцание.
— Очень важно изучить изображаемый объект, — лукаво напомнила она.
— У меня вечная тяга к знанию. Я просто жажду познавать. — Его взгляд жарким светом облил ее тело, потом он медленно, наслаждаясь каждым мгновением, переменил положение, опустил Эшли на траву и перекинулся через нее. — Я, кажется, уже близок к познанию своего… объекта… в библейском смысле, — проговорил он."
"Словно легкий ветерок, колыхавший ивовые ветки, скользил его взгляд по ее груди, по тонкой талии, потом неторопливо спустился к едва заметной выпуклости живота.
Он не спеша склонился над ней и поцеловал.
Их слияние точно взрывом выбросило ее душу в стратосферу. Его ласки были нестерпимы, каждый взгляд, каждое прикосновение, каждая секунда казались вечностью. Но они безудержно стремились друг к другу. В застывшую тишину из груди Эшли вылетело неясное певучее восклицание, вслед ему голос Лоренса разразился хриплым торжествующим вскриком. А потом он прошептал ее имя и щедро, сполна одарил ее.
