Она и подумать не могла, что у Лоренса О'Мэлли имеются слабости, и тем более не предполагала, что он в них признается. Сочувствие отразилось в ее глазах и вылилось в добрую улыбку. Она засмотрелась на его лицо, освещенное торшером, горделивый профиль, выразительные тени под выдающимися скулами."
"— Итак, вернемся к твоему нарушению договоренности. Ты ничего не хочешь объяснить? Нет? Тогда, может, просто извинишься?
Улыбка исчезла, Эшли поморщилась и отвела глаза.
— Прости, если я подвела тебя с окулистом, но… Лоренс, у меня все в порядке, правда.
Во всяком случае, я могу сама справиться.
— Да? — Его скептический тон задел ее.
От защиты Эшли быстро перешла в наступление.
— А ты консультировался у врача по поводу своей боязни замкнутых пространств? — торжествующе возразила она.
— Моя болезнь существенно отличается от твоей, Эшли.
Она снова вскочила. Весь день на нервах. Подумать только, Чарли, всю жизнь внушавший ей, что Ланкастеры достойны презрения, вдруг снова породнился с ними! А тут еще этот чертов клещ подлил масла в огонь! Эшли не могла больше сдерживаться.
— Послушай, я тебе уже говорила и повторяю снова: у меня все нормально, а с недомоганиями я прекрасно сама справлюсь! А ты воображаешь, что уже стал моим рыцарем, раз снял с меня клеща?! Ничего подобного. — Эшли залилась краской, ей стало жарко, к вспотевшей спине прилипла шелковая блузка. Но это не помешало ей с радостью отметить, что Лоренс тоже отнюдь не в благостном расположении духа. Его дьявольские глаза заблестели мрачным огнем, будто он хотел схватить ее за горло и придушить.
Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. — А теперь, если позволишь, — проговорила она ровно и отчетливо, — я пойду поработаю еще пару часов, а то изменится освещение. — С высоко поднятой головой она вышла, остро чувствуя провожающий ее взгляд, и хлопнула дверью.
И сразу же пожалела о своей несдержанности. Но хоть голова прошла, и то хорошо, вот только работать не хочется. Но надо. Чем раньше она закончит работу и уедет отсюда, тем лучше.
Ее беспокоило дурное предчувствие, и оно вовсе не касалось намерения Лоренса уложить ее в постель. Между ними росло напряжение, и вместе с ним, точнее усугубляя его, росло тягостное ощущение, будто бы скоро она узнает о себе больше, чем ей того хочется.
Торжественный обед в честь новобрачных прошел на удивление хорошо, особенно благодаря Лоренсу и Мириам. Чарли был само обаяние, а Кэтрин прекрасно исполняла роль хозяйки.