В зеркале перед Николаем Олеговичем отражается усталость и тревога. Он прокручивает в голове предстоящий визит к новому руководству, всё ещё не веря, что его карьера может измениться. На сиденье рядом с ним лежат важные бумаги — секреты и решения зависят от каждого слова. В это мгновение вид города за окном кажется будней, в то время как он сам готов к большому переменам....
– Ксю, что случилось? – таких нежностей за ней не водилось.
В ответ девушка только сильней прижалась к отцу и расплакалась.
– Да что случилось то?
– Лера, – всхлип – Лера…
– Что Лера, что?
– Она в боооольнииице, – протянула Ксения сквозь рыдания.
– Что? Почему? Что с ней? – Валерий дотянулся до бутылки с водой и протянул дочери. Та начала судорожно пить. Оторвавшись, наконец от бутылки, выдала информацию:
– Мне Вова только что позвонил, а им, точнее, его бабушке, позвонил следователь. В Леру стреляли в парке.
– Так, спокойно, дочь! Раз оперируют, значит, борются за ее жизнь.
В этот момент у Валерия зазвонил телефон, тот, смешной, без выхода во всемирную паутину, который ему выдали в конторе. Это было неожиданно.
– Слушаю!
– Это Вадим. Мы знаем, что в Леру стреляли. Не похоже, точнее я почти уверен, что это не Макс организовал, так что ты не пори горячку! И да, оборудование сними, – и положил трубку.
Дочь смотрела на него во все глаза. Она слышала весь разговор, потому что стояла рядом.
– Пап? Не хочешь ничего объяснить? Это из-за тебя, что ли. в Леру стреляли? – в голосе дочери послышались истеричные нотки. Вот этого сейчас совсем не надо. Чёрт! Вот сейчас увидит, что у него под рубашкой на теле, и совсем сорвётся!"
"– Ксень, погоди. Я быстро! – и рванул в туалет. Как мог быстро отодрал от себя аппаратуру. Местами с нагрудной шерстью, закусив губу от неожиданности, буркнул – да как же вы депиляцию то делаете?
Ксения смотрела на отца с подозрением.
– Дочь, иди сюда, присядь. Надо поговорить. Пока ты там сама себе не придумала ерунды, я расскажу.
Ксения села рядом, сложив руки на коленках и максимально вытянув спину.
– Дочь, я не самый идеальный отец, я знаю. Я не уделяю вам достаточно времени. Я многого в жизни добился, но и много совершил глупостей. То, что сейчас происходит в нашей с вами жизни – это расплата за мою гордыню и самоуверенность.
– Но Вова сказал, что к ней нельзя!
– Да это понятно, но вот лично я не могу просто так в номере сидеть. А ты?
Уговаривать Ксению не пришлось.
