Можно было попробовать всё остановить. Но произошедшего уже не вернуть.
Если глава экспедиции надеялся вызвать у меня взрыв чувств, то он ошибся. А мой вопрос, заданный вполне буднично, несказанно его удивил.
— Аню отравили по наущению Алексея Орлова?
— Так точно, — вдруг по-военному ответил Степан Иванович.
— Далее общество взбаламутила Уложенная комиссия. Случись выборы депутатов при иных обстоятельствах, то всё прошло бы тихо и спокойно. Но в губерниях начались весьма бурные обсуждения, вызванные деятельностью интриганов. В итоге наказ от сословий, и состав депутатов будет отличаться от того, что желала Екатерина Алексеевна. А затем эта непонятная интрига с якобы женитьбой Фёдора Орлова на вашей сестре. Хорошая затея, ставшая последним камнем, начавшим обвал, — Шешковский вздохнул, будто набирая воздух перед погружением в воду, — Из-за несвоевременности данного шага, даже сомневающиеся и трусы встали под знамёна заговорщиков. Не удивлюсь, если его вдохновители сами не предполагали подобного. А уж как удивилась императрица! Признаюсь, даже я не ожидал такого единения.
Я об этом не знал. Ведь большую часть времени пришлось уделять супруге и учёбе. Только в рассказе Степана Ивановича есть один непонятный момент.
— Но зачем было устранять Екатерину? Она всегда умела договариватся даже с откровенными врагами.
— Всё просто. Императрица по закону не имеет прав на престол, о чём аристократия начала заявлять открыто. В ответ Её Величество поддалась уговорам Орловых, решив применить против недовольных силу, невзирая на их происхождение и заслуги. Даже Пётр Великий не позволял себе подобных деяний, подвергнув аресту и опале десятки представителей знатнейших фамилий. А он располагал совершенно иными возможностями. Всё это могло вылиться не просто в очередной мятеж, а настоящую войну. Подобный поворот мог ослабить Россию и сделать её беззащитной перед врагами. Нас бы выбили из Польши, а османы могли захватить немалые земли в Поднепровье и Придонье. Держава за короткий срок потеряла бы завоевания, стоившие немалой крови. А ведь есть ещё шведы.
Шешковский снова замолчал, уделив внимание почерневшим от времени брёвнам, покрытым мхом.
— Противоречий среди русской знати хватает. И дать ей возможность сводить старые счёты — истинное самоубийство. Поэтому мне пришлось устранить императрицу. Другого пути не было, а промедление грозило непредсказуемыми последствиями.