Люди плакали, обнимались на улицах и возносили хвалу Аллаху.
Уже в середине дня я встретился с Сеид-эфенди. Он передал мне привет и поздравления от бинбаши Мехмед-бея, сказав, что тот уже полностью осведомлен о том, что произошло у нас в Стамбуле, и что как только турецкие войска прекратят огонь на фронте, то и русские войска сделают то же самое. Перемирие продолжится до тех пор, пока будут идти переговоры в Москве. Но русское командование будет внимательно наблюдать за поведением турецких войск, и в случае возобновления боевых действий прикажет продолжить наступление вглубь Турции.
– Уважаемый Гасан-бей, – сказал мне Сеид-эфенди, – постарайтесь убедить некоторые горячие головы из числа турецких военачальников, чтобы они не испытывали наше терпение, которое не безгранично. Мы шутить не будем, и у нас вполне достаточно сил для того, чтобы пройти насквозь всю азиатскую часть Турции, и для того, чтобы при поддержке Черноморского флота высадить на Босфоре морской десант. Но, как мне кажется, те, кто информирован о том, чем закончилась недавняя авантюра Энвер-паши, вряд ли захотят повторить его печальный опыт.
Я кивнул головой, соглашаясь с тем, что сказал Сеид-эфенди. Хватит Турции войны, хватит смертей. Скорей бы был подписан мирный договор и люди вернулись к своим мирным занятиям. Продолжение войны – это верная гибель для нашей страны. Вот в этом я был полностью уверен.
Через несколько дней после свержения власти младотурок меня вызвал к себе глава нового правительства Османской империи Мехмед Ферид-паша и предложил мне отправиться в Крым, чтобы встретиться там с представителем Советского правительства бинбаши Мехмед-беем. О том, что он в настоящее время находится в Севастополе, сообщил мне Саид-эфенди.
– Прошу запомнить, уважаемый Гасан-бей, – сказал мне на прощание Мехмед Ферид-паша, – речь идет о судьбе нашей империи. Русского фронта больше нет. Все аскеры разбежались по домам, и если русским вздумается начать продвижение вглубь Анатолии, то они будут маршировать по нашим дорогам, не снимая ружей с плеч. Им никто не сможет оказать сопротивление. Поэтому я прошу вас сделать все возможное и невозможное, чтобы как можно быстрее заключить мирный договор с Россией. Обещайте что угодно, соглашайтесь на все их просьбы. В конце концов, все, что мы потеряем сейчас, можно будет потом вернуть. Через десять лет, через двадцать, через полвека, наконец.
С помощью Саида-эфенди я согласовал с командованием русского Черноморского флота вопрос о моем предстоящем отбытии в Севастополь. Туда я, с небольшой делегацией, состоящей из нескольких дипломатов, военных и минимальной охраной отправился на крейсере «Гамидие» – одном из немногих наших надводных кораблей, которые еще были на ходу.