Норвегии и стоящему за ней британскому и англосаксонскому капиталу в этот раз не удастся стать хозяевами на Русском Севере, как это было в реальной истории, когда норвежцы де-факто присвоили себе Шпицберген с его угольными шахтами, а норвежские рыболовные и промысловые суда безнаказанно браконьерничали в Белом море.
Кроме того, контроль над Мурманском и окрестными водами давал Советской России незамерзающий и неблокированный системой международных проливов порт, способный круглогодично обеспечивать грузооборот со всем миром, а также по «дороге Горшкова» выводить в Северную Атлантику свои ударные корабельные соединения.
В свое время на пленуме ЦК партии большевиков произошла довольно бурная полемика, завершившаяся окончательным поражением тех, кто желал бы двигать мировую революцию в другие страны. Такая точка зрения была признана авантюрной и в корне неверной по причине неготовности европейского пролетариата к революции.
В итоговых документах пленума было записано, что советская экономика и мощь вооруженных сил должны, для начала, подняться на такую высоту, чтобы никто не рискнул напасть на Страну Советов.
Во исполнение решений пленума вице-адмирал Бахирев, сам того не подозревая, и вел на север русские корабли. Мурманский край играл в вышеизложенном стратегическом замысле одну из ключевых ролей. Он должен был стать первым регионом Советской России с полностью социалистической экономикой и плановыми методами хозяйствования.
Не стоит забывать и о том, что поскольку передача власти от Временного правительства к Совнаркому произошла на месяц раньше, чем это было в реальной истории, то золотой запас не уехал в Казань и не попал там в руки белочехов и колчаковских банд. Кроме того, Рижский мир, в отличие от Брестского, не предусматривал выплаты каких-либо репараций или контрибуций. Так что в этом варианте истории Советская Россия изначально была экономически более крепкой и способной осуществлять крупные проекты.
Напоследок стоит поговорить и о самих линкорах типа «Севастополь». Речь пойдет о тех якобы недостатках, которые имел этот русский проект в сравнении с британскими, германскими и французскими аналогами. Первым из таких недостатков называют якобы недостаточную толщину бронирования русского линкора, при этом забывая, что главный бронепояс «Севастополей» был, может, и тоньше, но шире и длиннее, и закрывал все уязвимые части корабля. Кроме того, за бронепоясом находилась еще и бронеперегородка, вполне достаточная для перехвата осколков снарядов, которые взорвались при пробитии брони или сразу за броней.
Толстые бронепояса британских линкоров были уже по высоте и значительно короче, прикрывая только силовую установку и погреба средних башен.