Автор
В холодной сердцевине Москвы жил человек, сохраняющий спокойствие даже при внутреннем рокочущем зле. Его взгляд скользнул по девушке с вызовом на лице, не желая признавать собственной слабости перед непростой задачей перед ним. Сергей усмехнулся в ответ, готовясь к тому, что знает и понимает слишком хорошо....
— Ты восхитительно выглядишь, — выдохнул он, не прекращая осматривать Киру с головы до ног, по несколько обжигающе долгих секунд застывая взглядом то на ее лице, то на теле. Исходящие от благоговение и желание, от силы которых у Киры слабели ноги и пекло истомой губы, были физически ощутимы.
— Спасибо, ты тоже, — заметила она смущенно.
Теперь они смотрели друг другу в глаза. Знакомое напряжение искрилось вокруг и требовало выхода.
— Иди ко мне, — позвал Сергей, ласково обхватывая Кирину ладонь своей, теплой и крепкой.
Она, конечно, последовала к нему. Свободная рука совершенно легко и неосознанно легла на мужскую грудь, пальцы прошлись по расстегнутому на несколько пуговиц воротнику и забрались под ткань.
Сергей шумно вздохнул, как и Кира. Они одновременно потянулись друг к другу губами, выпадая из времени и пространства на несколько прекрасных минут. Тело расслабилось, наконец получив то, чего ждало весь день. Легкие наполнились самым приятным и сводящим с ума запахом, принадлежащим одному единственному мужчине.
Губы, поначалу нежно касающиеся губ, сдались под желанием большего. Поцелуй стал глубже и откровеннее, затягивая в восхитительное безвременье, из которого Кира и Сергей выбрались далеко не сразу.
— Пойдем в комнату, — прошептал он сипло ей в губы, когда они наконец оторвались друг от друга. — С моей стороны ужасно некрасиво держать дорогую гостью на пороге.
Кира хихикнула.
— Пойдем.
Так, держась за руки они и пересекли коридор.
"— Вау! Ты поставил елку! — воскликнула она поражено и уже с сомнением в голосе уточнила: — Сам наряжал?
Настоящая высокая ель, занимающая почетное место у окна, выглядела сказочно идеальной. Игрушки всех мастей и цветов усеивали пышные ветки, сверкая и переливаясь в сиянии огоньков гирлянд. Картинка была чудесная, пахло хвоей и лесом.
Сергей, обнимавший Киру со спины, рассмеялся. Мурашки от его выдоха, коснувшегося оголенной кожи шеи, тут же разбежались по всему телу.
— Нет. В декоре я безнадежен, поверь мне.
— А кто тогда?
Он снова хохотнул. Неужто счел ее слова проявлением ревности, когда Кирой двигало все лишь любопытство?
— Нанял дизайнера… или декоратора? Не помню, как их правильно называть. В общем, профессионала своего дела.
Кира кивнула. Да, чувствовалось, что над украшением дома поработал знающий человек, до того все гармонично сочеталось.
