Автор
В холодной сердцевине Москвы жил человек, сохраняющий спокойствие даже при внутреннем рокочущем зле. Его взгляд скользнул по девушке с вызовом на лице, не желая признавать собственной слабости перед непростой задачей перед ним. Сергей усмехнулся в ответ, готовясь к тому, что знает и понимает слишком хорошо....
Потом он, замотивированный донельзя, поднаторел в искусстве прелюдии именно в постели с ней — стремился компенсировать неудачу в начале.
Тогда он не задавался вопросом, почему он? Понятнопочему: время пришло. И не удивлялся, конечно: девственницы в девятнадцать уже считались несколько задержавшимися со стартом сексуальной жизни, но не слишком.
Вот с Кирой Сергей был удивлен. С ее внешними данными и уверенностью в себе оставаться девственницей до двадцати пяти? Это казалось странным.
Возможно, он мыслил стереотипами, но, представляя себе невинную деву старше двадцати, он в первую очередь думал о чересчур стеснительных или запредельно обделенных красотой девушках, которых парни часто обходят стороной.
Сергей осторожно повернулся и снова посмотрел на нее, мирно спящую на соседней подушке, и затем лег рядом, признавая поражение: самостоятельно Киру ему не разгадать.
Проснулся он, несмотря на свои индивидуальные полуночные посиделки, первым.
Угловым зрением он видел, что Кира продолжает спать в бежевом коконе из одеяла и постельного белья. Все так же беззвучно и неподвижно.
На миг картинка перед глазами показалась Сергею едва ли не идиллически гармоничной. Удивительно, но сейчас его устраивало все: спящая в его постели женщина, тишина вокруг, погода за окном и приятная удовлетворенность в теле, ничуть не омраченная утренней эрекцией. Впрочем, не будь Кира без одной ночи девственницей, Сергей, разумеется, пересмотрел бы сценарий текущего часа.
За его спиной Кира вздохнула и завозилась на постели, но не проснулась. Захватив телефон и ноутбук, Сергей вышел из спальни и прикрыл за собой дверь.
Кухня, окна которой не были обременены шторами, встретила его во всем великолепии сверкающего на солнце гарнитура.
