— Вам и вправду нужна помощь, — сказал он Ною, покачивая головой.
Потом закрыл дверь за нашими спинами, и глаза его встретились с моими глазами.
— Подождите здесь, — сказал он мне.
Мистер Лукуми двинулся к задней двери, которую я даже не заметила. Как далеко тянется это помещение?
Наконец он исчез, и я услышала кудахтанье и вскрики.
— Цыплята? — спросила я. — Что за…
Меня прервал нечеловеческий вопль.
Я сжала кулаки. Нет. Ни за что!
Ной склонил голову набок.
— Из-за чего ты расстраиваешься?
— В кубинском сандвиче, который мы только что ели, была свинина.
— Я не должна была этого слышать, — сказала я вслух.
— Никто не любит лицемеров, Мара, — сказал Ной. Уголок его рта приподнялся в намеке на печальную улыбку. — И, как бы то ни было, ты заправляешь этим шоу. А я всего лишь финансирую его.
Я пыталась не думать о том, что может происходить — а может, и не происходить — в задней комнате; сандвич в моем животе сделался кислым.
— Кстати, о финансировании, — сказала я и осторожно сглотнула, прежде чем продолжить: — Какого черта ты носишь при себе пять тысяч долларов?
— Вообще-то восемь. На сегодня у меня были большие планы. Проститутки и наркота недешевы, но, полагаю, принесение в жертву животных должно помочь. С днем рождения тебя.
— Спасибо, — с невозмутимым видом ответила я.
Я начала чувствовать себя более нормальной. Даже непринужденной.
— Но серьезно, зачем тебе столько денег?
Ной не сводил глаз с задней двери.
— Я думал, что мы остановимся в квартале художников и встретимся с моим знакомым. Я собирался кое-что у него купить.
— На такую большую сумму? Наличными?
— Скажем так — у него есть порок, требующий наличных.
— И ты ему потакаешь?
— Он сверхталантлив, — сказал Ной.
Я неодобрительно посмотрела на него.
— Что? — спросил Ной. — Никто не совершенен.
Поскольку деньги Ноя тратились теперь на принесение в жертву животных, а не на удовлетворение чьего-то пристрастия к кокаину, я оставила тему.
Я обшарила взглядом комнату.
— Зачем тут это случайное барахло? — спросила я. — Ржавые подковы? Мед?
И тут дверь открылась и появился сам жрец, неся в руках маленький стакан. На стакане был нарисован петух. Ужас.
Он показал на уродливое коричневое с желтым кресло в углу.
— Сядьте, — сказал он, подводя меня к этому креслу.
Голос его был бесстрастным. Я послушалась.
Он протянул мне стакан — теплый.
— Выпейте, — велел он.
Мой причудливый день — моя причудливая жизнь — становился все более и более странным.
— Что здесь? — спросила я, глядя на смесь.
Она была похожа на томатный сок. Я притворилась, что это именно томатный сок.
— Вы в замешательстве? Вам надо вспомнить? Выпейте. Это поможет, — сказал мистер Лукуми.
Я метнула взгляд на Ноя, и он защищающимся жестом поднял руки.