Чтобы мама могла о ней заботиться, — сказал Ной, пробегая рукой по волосам на шее сзади. — Ты не возражаешь?
— Нет, — ответила я, передвинув на плече ремень сумки. — Наверное, так будет лучше всего.
Мы подошли к классу.
— Я хотел спросить… — начал Ной и поднял руку, скрутив пряди своих волос. — Мама хочет узнать, не можем ли мы оставить ее себе? Мама к ней привязалась.
Я чуть наклонила голову к плечу, чтобы посмотреть на него. То ли Ной не заметил моей перевязанной руки, то ли игнорировал ее. Он казался равнодушным. Отстраненным. Слова его не соответствовали тону.
— Я имею в виду, это твоя собака, — сказал Ной. — И мы поступим так, как ты захочешь…
— Все нормально, — перебила я.
Я вспомнила, как Мэйбл свернулась у него на груди, когда он нес ее. Собаке будет лучше с ним. Определенно.
— Скажи маме, что я ничуть не возражаю.
— Я собирался спросить об этом, когда увидел тебя на вечеринке, но ты ушла.
— У меня были другие дела, — ответила я, избегая его взгляда.
— Ну да. Что случилось? — все еще совершенно незаинтересованно спросил он.
— Хорошо. Тогда пообедай со мной, — небрежно сказал он.
Я помолчала, разрываясь между «да» и «нет».
— Нет, — в конце концов ответила я.
— У меня встреча. Со мной обещали позаниматься, — сказала я.
Надеюсь, что Джейми обязательный человек.
— А тебе-то что? — спросила я нетерпеливо.
С тем интересом, который он проявлял к беседе, мы с тем же успехом могли обсуждать молекулярную физику.
— Да я и сам начинаю об этом задумываться, — сказал Ной и пошел прочь.
На уроке искусства я нарисовала свою перевязанную руку, хотя нам полагалось работать над лицами. А когда наступило время обеда, не пошла искать Джейми. Я предпочла одиночество. Вытащив принесенный из дома банан, я очистила его и медленно откусывала по пути к шкафчику, впиваясь зубами в нежную мякоть.
Я была рада избавиться от Ноя. Отправившись поменять учебники, я даже почувствовала облегчение. До тех пор, пока не увидела записку.
Сложив, ее просунули в щель моего шкафчика, и она невинно примостилась на стопке книг. Толстый кусок бумаги с моим именем. Бескислотной, очень белой бумаги. Бумаги из альбома для рисования.
Я развернула записку и сразу узнала свой рисунок Ноя. На другой стороне было написано лишь: «У меня есть кое-что, принадлежащее тебе. Встретимся у торговых автоматов во время обеда, если хочешь это вернуть».
От нахлынувшего жара у меня защипало кожу. Ной украл мой альбом?
Внезапный приступ ярости удивил меня саму.