Нет, шесть, пять это после того, как родила Малека.
— Ну, а что тебя так удивляет? — усмехнулась Юля, допив остаток щебета из моего стакана и наливая виски. — Да и выбора особого не было. Надо было спасать себя и бороться за жизнь любой ценой.
— Тебя тоже похитили? Для… для эмира?
— Угу, — Юлька протянула мне стакан. — Только и близко не для эмира. В бордель или, в худшем случае, для озабоченного любителя растерзать белый шоколад, как они нас называют. Тут, как говорится, не только за эмира, за гремучую змею зацепишься…
От ее слов мне стало не по себе. И это мягко говоря! Если бы не виски, растекшийся горячим огнем по горлу и расслабивший напряженные мышцы, я бы выдала все свои эмоции с головой.
— Но как это произошло?
— А я сама, можно сказать, «дура виновата». Полетела за легкими деньгами, в родной Твери мне ничего особо не светило. Так и попала в руки этих уродов. Торговля людьми здесь обычное дело, наряду с тризмом и продажей нефти.
Говорила она без каких-либо переживаний, легко, словно все происходящее было в порядке вещей. На спокойном лице все так же играло ироничное выражение. Юля решительно отобрала у меня пустой стакан, чтобы наполнить виски.
— Хватит, — запротестовала было я. — Здесь как будто ждут, когда я оступлюсь, чтобы всыпать мне плетей и закрыть в подвале. Висам увез меня из Москвы и закрыл как в тюрьме, не позаботившись о том, чтобы семья меня приняла…
— Ну, это точно. Они тебя не примут. Висамчику уже давно подписана девственница-мусульманка из богатой семьи. Как и всем детям Давуда. А тут принц решил показать характер и привез тебя, конечно же, эта «ылита» будет тебе не рада.
— Но зачем он это сделал?
Юля протянула мне стакан:
— Если привез тебя сюда, а не в один из своих особняков или квартир, это говорит только об одном: наш принц влюбился без памяти. Так сильно, что готов идти против воли отца. При этом с надеждой, что сумеет достучаться до них и заставить тебя полюбить. Когда так сильно любят, готовы идти на крайние меры и верить, что окружающие также поймут. Увы, это не про эмира с его змеей.
— Юля, о какой любви речь? — от злости я осушила виски в два глотка. — Я не знаю, где ты эту любовь увидела! Висам — избалованный мажор, который привык получать все, что захочет! И не в обиду тебе, но я не провинциалка без работы. Я вице-президент компании «Легрессо», публичная личность и самая завидная невеста согласно спискам «Форбс»! Ты можешь себе представить, чтобы, скажем, Ксению Собчак так же увезли и спрятали?..
— Ну ничего себе! И ты не врешь? — Юлька подалась вперед, глядя на меня. — «Легрессо»! Я готова была неделями есть доширак, лишь бы позволить себе блузку от вашего бренда! Все инста-блогеры щеголяли в ваших шмотках.