Губы пронзает острая боль. Кира отскакивает в сторону. Я замечаю кровь на ее губах. А на собственном языке чувствую соленый привкус.
Если бы кто-то другой посмел укусить члена нашей семьи, я боюсь даже предположить, каким было бы наказание. Но моей Аблькисс можно все в обмен на мою отчаянную надежду, что она меня полюбит.
На смуглой коже ладони — кровавый след. Усмехаюсь. Смотрю в глаза Киры, и все внутри затапливает лавиной чистого торжества.
Я знал с самого начала. Я увидел, что у нее в душе, когда маски сброшены. И то, что она надевает ее тут же, превращаясь в холодную статую, уже ничего не изменит.
— Если я не ошибаюсь, — зрачки расширены от ее ненормального возбуждения, идентичного моему, грудь колышется от сбившегося дыхания, — до никяха ты не имеешь права даже смотреть на меня! Прикасаться — тем более!
Сердце вновь пылает, но уже иным огнем. Он не сжигает. Он возрождает.
— Значит, ты приняла мое предложение.
— Единственная возможность избавиться от тебя. Я даже не раздумывала.
— Мне интересно, относилась бы ты к браку столь беспечно, если бы она был проведен согласно твоей вере. Венчанию, кажется?
— Да все равно, Висам, это насилие над личностью. Я бы расторгла брак в любом случае.
— Ты искренна. Я ценю это. Одно из самых желанных качеств будущей шейхи Аль-Махаби. — отхожу в сторону. Усмехаюсь, ощутив на ментальном уровне разочарование Киры. — Но я не теряю надежды, что ты меня полюбишь. Мы начали неправильно. Я хочу дать нам шанс снова.
— Да что ты вцепился в этот никях? Это не гарантия! Всего лишь минутная юридическая заморочка с его расторжением. Ты не похож на того, кто верит в силу Аллаха влиять на такие вещи…
Достаю смартфон, глядя в глаза Киры. На ее лице мелькает радость, но я качаю головой.
— Это не звонок. Но понравится тебе гораздо больше.
Она непонимающе смотрит на экран. Листает галерею. Когда доходит до англоязычных сканов документа, качает головой.
— Я не продаюсь. Это… не заставит меня передумать.
— Я и не хочу этого, — смотрю в ее ошеломленное красивое лицо. — Я хочу, чтобы ты осталась по своей воле. Полюбив меня так же. А это… я не забираю свои подарки назад. Останешься или решишь развестись — все равно. В Москве ты возвращала мои подарки. Этот ты не вернешь. Юристы закончили процедуру.
— Majnun[i], - забывшись, шепчет по-арабски Кира. — Ты решил откупиться… Что я, следуя вашей традиции, должна преподнести аналогичный дар. В данном случае это будет моим молчанием?
— Я не буду просить тебя ни о чем. Кроме как быть моей по доброй воле. В любом случае, эта сеть торговых центров — твоя. Право продавать свой товар в эмирате — тоже. Услуги команды маркетологов и специалистов по продвижению — бонусом. Ты можешь продать их, если пожелаешь.