Автор
Когда телефон тихо пискнул, и трель дверного звонка стихла, Кристина вздохнула с облегчением. Но смс-сообщение от неожиданно знакомого лица прервало её воскресную релаксацию. Ненависть к гостям перешла в жгучее любопытство, заставляющее поспешить на лестничную площадку......
Охранник элитного ЖК подозрительно осматривает мою машину, но всё же поднимает шлагбаум. Паркуюсь перед подъездом, отмечая, что его машины нет поблизости. И, расправив плечи, иду.
— Вы к кому? — останавливает консьерж. Да-да, этот мужчина живёт в доме с консьержем, охранником. И наверняка везде установлены камеры, и никто их не пи… ворует.
— К Валиеву, — отвечаю холодно, окидываю тщедушного парня высокомерным взглядом.
— Его нет дома. Оставьте сообщение, я передам, — улыбается добродушно, на ноги мои заглядываясь и краснея.
— Когда он обычно приходит?
— Всегда по-разному, — пожимает плечами.
Сообщение я не оставляю. Плетусь к машине и решаю дождаться сама. Время раннее, только четвёртый час. Возможно, он с работы в шесть освободится, плюс-минус полчаса-час на дорогу. К семи будет. Это я себя так успокаиваю.
На моё счастье, ждать почти три часа не приходится. Буквально через полчаса во двор заезжает его чёрный внедорожник. И меня охватывает волнение вперемешку со страхом. Ладони потеют, по хребту стекает холодный пот.
— Собралась, Крис! — сама себя подбадриваю и давлюсь воздухом.
Потому что этот кабель выходит из машины с девушкой. Я ведь всё продумала. Ножки чёртовы оголила, губы намалевала под цвет задницы гамадрила. И не учла, что за три месяца он обзаведется отношениями.
«Как ты», — напоминает внутренний голос, подкидывая вспышками картинки новогодней ночи.
Пока я рефлексирую и злюсь, пара почти пропадает в подъезде. И лучше перехватить на улице, чем позориться перед консьержем. Выпрыгиваю из машины, на каблуках ноги почти в разные стороны разъезжаются, хвост в лицо лезет. Но я выпрямляюсь, с духом собираюсь и окликаю:
— Саид!
Первой почему-то оглядывается именно женщина. Ещё и губы свои накачанные поджимает, превращая их в два слипшихся пирожка.
Мысленно закатив глаза, плавной походкой сокращаю расстояние.
— Привет, — улыбаюсь для проформы, чтобы не обольщался.
Он лишь бровь красноречиво выгибает, скользит взглядом с красных, пухлых, а главное, настоящих, прошу заметить, губ вниз. Задерживается на груди, и кадык дёргается.
