Во власти истинных чувств — ты стоишь посреди темного леса, дрожа от неожиданности и страха. Ордер наступает с холодным энтузиазмом, заставляя прятаться даже от друзей. Ты пыталась сопротивлиться, но рука острого удержания больше не слушается твоих желаний. В этот момент ты понимаешь — что-то не так, и всё началось с парка....
— Матушка, мы делаем все возможное, чтоб леди Ярослава чувствовала себя комфортно в стенах дворца, — отчеканил я, подмечая беспокойство на лице чужеземки.
Прекрасно понимал, что светские беседы с королевской семьей, чопорные застолья и прочая мишура совершенно чужды ей, но все же девушка старалась держаться изо всех сил.
— Ваше величество, благодарю за волнение. Да, так уж вышло, что я здесь не по своей воле, но кронпринцы ведут себя… — на секунду она замолчала, взглянув сначала на Аласдэра, потом на меня, а я испытал навязчивое чувство, что сейчас рванет очередная бомба, — … вполне достойно.
В ответ мама расплылась в улыбке. Чувствовал, что ей нравилась человечка. Несмотря на резкое поведение, сплетни о котором непременно долетели до ее ушей, чужеземка не вызвала у правительницы негативных впечатлений. Напротив, матушка заинтересовалась необычной гостьей.
— Рада слышать! А то иногда, эти благородные мужчины ведут себя как дикари! И, кстати, я говорю сейчас не только о младшем поколении! — рыкнула она, многозначительно взглянув на супруга и правителя Харальда.
Завтрак проходил вполне сносно. Я ожидал, какого-то безумия. Но все вели себя спокойно. Беспокоил только Аласдэр. Я чувствовал его волнение, связь побратимов отчетливо выдавала напряжение напарника.
Нервно поглядывая на своего отца, он следил за каждым его движением, будто в ожидании какого-то подвоха."
"Да, правитель демонов не отличался сдержанностью, да и действовал иногда не совсем чистыми методами, что заставило меня волноваться.
Впервые в приграничном замке — месте, где оба правителя встречались для проведения переговоров, а также хранилась наша общая реликвия, я чувствовал себя как на поле брани. А все началось с момента появления нашей чертовки.
Из беспокойных мыслей меня вырвало нахальное прикосновение. На бедро легла женская рука, и напористым движением направилась вверх.
Листария, занявшая стул рядом со мной, не выражая никаких эмоций, уплетала свой завтрак. В то время как ладонь демоницы вытворяла непотребства, уверенно приближаясь к паху. Раньше меня бы позабавила ее шалость. Но сейчас я был в ярости.
