В зале царил таинственный покой, нарушаемый лишь легким шелестом бумаги и далекими голосами. Алась привлекла внимание темноволосого генерала-дракона в белоснежном костюме, а его сильный запах лимонной цедры в сочетании с хвойным парком исходил из него необычайно волнующе....
Когда прошли через Врата и оказались в другой провинции, мэтр Бенедикт вдруг попросил экипаж остановиться.
– Лорд Скарсгард, – сказал он ошарашенно. – Душа-то у девушки не отлетела!
– Что?! – рявкнул Георг, сойдя с коня и заглянув в карету. – Обманул что ли меня этот беззубый?!
– Он наложил заклинание, которое не дало мне определить наличие души в теле и истинные болезни этой девушки, – кивнул Бенедикт. – Но как только мы прошли Врата, заклинание спало. Девушка ещё жива, душа на месте, только больна она очень! С лестницы она не падала.
– Едем в Милтон! – скомандовал генерал и вновь запрыгнул на коня.
Георга мучили терзания. Он осознавал, что если остановит экипаж и подождёт какое-то время, то душа девушки отлетит, и у его Светы будет тело. Но от этих мыслей на душе становилось погано, и Георг беспощадно шпорил коня.
В этот самый миг тяжёлых размышлений Георгу позвонил Фишер и сообщил, что получил приказ от мэтра Кальберта выступать с отрядом в Милтон для ареста попаданки-его жены!
В этот миг на голове Георга появилось много седых волос.
– Не смей прикасаться к жене! Я скоро буду! – ответил Георг.
– Я сделаю всё возможное, чтобы сдержать Кальберта, Георг, но он одержим! А у меня недостаточно полномочий, чтобы противостоять ему. Приезжай скорее! А что касается меня, то будь уверен, я твою Светлану не обижу, и если прикажут арестовать, дам ей лучшие условия и спрячу от врагов, пока ты не найдёшь выход.
– Спасибо, друг, – ответил генерал.
Потом был разговор с Карлом, который убедил, что всё под контролем, и Георг расслабился, вновь сосредоточившись на умирающей девушке, которую вёз в экипаже.
Но, как оказалось, расслабился рано.
Через несколько минут Фишер перезвонил и сообщил, что Света выехала в королевский дворец по своей собственной воле! Побеседовать с Алисией.
На голове генерала седых волос стало ещё больше.
Георг стал набирать Карлу и Сандерсу, но ни тот, ни другой не отвечали, и сердце готово было взорваться в груди.
