В комнате полыхает огонь — будто разгорается тайна, скрывающая истинную суть семейной жизни. Каждый шаг Дарклиона Лонгрей открывает новый слой, заставляя задуматься о том, что брак не является простым выбором. Здесь нет легкости и умиротворения — только непокорные женщины и мужчины, решившиеся на поступки, которые изменят их жизнь до глубинных слоев....
Пачка денег (где она их только достала?), перекочевавшая от леди Маливы к парикмахеру, быстро решила проблему. А дальше меня взяли в оборот и первым делом нанесли осветлитель на всю длину волос. Выходит, я все-таки блондинка.
Леди Малива планировала не спускать с меня глаз, но ее попросили подождать в холле. Скандалить она не стала, как и внушать всем подряд не вмешиваться. Создание коридора для перехода из мир в мир ее утомило. Она берегла силы, чтобы воздействовать на меня.
— Сиди смирно, Марго, — велела леди Малива, прежде чем оставить меня в зале без присмотра.
Опять проклятое внушение! Как сбежать, если я даже зад от кресла не могу оторвать без разрешения леди Мымры?"
"— Теперь надо подождать сорок минут, — сказала парикмахер после нанесения осветлителя. — Дать вам журнал?
— Спасибо, не надо, — отказалась я.
Сорок минут – это на десять минут дольше, чем действует внушение леди Маливы. У меня еще есть шанс! Я воодушевилась.
Не сводя взгляда с часов, ждала, когда наконец внушение начнет отпускать.
Осталось десять минут… пять… три… две… Леди Малива вошла в зал и направилась ко мне.
— Все в порядке? — поинтересовалась она у парикмахера, а сама не сводила с меня глаз.
— Да, — кивнула та. — Скоро будем смывать осветлитель и наносить краску.
— Отлично. Сиди смирно, Марго, — повторила леди Малива перед уходом обратно в холл.
А-а-а, ненавижу! Она обновила внушение. Снова я приклеена к дурацкому стулу. Неужели это все, о побеге придется забыть? От бессилия хотелось топать ногами и орать дурниной.
— Пора смыть осветлитель, — сообщила парикмахер.
— Будьте добры, подкатите меня к раковине в кресле, — мрачно попросила. Встать-то я не могу.
Если парикмахер и удивилась, то ничего не сказала. Привыкла, видимо, к причудам богатых клиентов.
После смывки осветлителя приступили к мелированию, пряди по всей длине красили в разные цвета – розовый, синий с вкраплениями зеленого и желтого. Креативно! И неожиданно… Вот уж не думала, что леди Малива поклонница современной моды.
Оставалось только подождать, пока краска возьмется, смыть ее, и леди Мымра увезет меня обратно в Эйтилию. Вот уж дудки! Все во мне восстало против такого исхода. Однажды под внушением я смогла пошевелить мизинцем. Стоит попробовать пойти дальше и полностью снять его.
Пока парикмахер наносила краску, я сосредоточилась на борьбе с внушением леди Маливы.
