— А родственники у Герасима Максимовича были?
— Конечно! Он мне говорил, мать у него есть, сестра родная.
Так! Значит, есть кому унаследовать доходный бизнес.
— Только если вы думаете, что это кто-то из них Геру убил, то зря, — сказала Стелла. — Гера мне про свою семью много рассказывал. Они очень дружно живут. Мама уже на пенсии, дом ведет. Сестра и муж с ней живут.
— А Гера тоже с ними?
— А Гера себе недавно новую квартиру купил. С женой-то он больше не живет.
— С женой? Квартиру? А сестре почему не купил? А с женой у него что? Развод?
Стелла отвечала на посыпавшиеся из подруг вопросы обстоятельно. Даже странно, вроде бы выпила прилично. А мысли у нее не путались. Видимо, при всей своей чувственной внешности голова у нее была прирожденного бухгалтера — педанта и зануды, человека, привыкшего все раскладывать по своим полочкам.
— С женой Гера в разводе не состоял, но жить с ней вместе тоже отказывался. Она его постоянно напрягала сценами ревности. Они уже и заявление подали, так что их развод — это был только вопрос времени.
— Жена была согласна на развод?
— А хоть бы и нет? Детей у них не имелось. Так что развели бы, будьте спокойны.
— А сестра? Сколько ей лет?
— Сколько лет, я точно не знаю. Но она уже взрослая. Учится и работает. Так что может сама о себе побеспокоиться. К тому же у нее муж имеется, он и должен о благополучии жены думать.
И помолчав, Стелла добавила:
— Да и не в правилах Геры было деньгами направо и налево разбрасываться. То есть цветы, конфеты, драгоценности он мог подарить. Но все в пределах разумного. А квартира — это очень уж дорогой подарок. Мне вот, например, квартиру никто не дарил. От родителей осталась. Ремонт, да. Его мне мужчины помогли сделать. И кое-что из обстановки купили. Но вот на квартиру пока никто из них не расщедрился.
Подруг искренне порадовало это «пока». Похоже, Стелла Владимировна была не из тех людей, кто ставит на себе крест только по причине возраста или смерти очередного перспективного кандидата в женихи.
Итак, уходя от Стеллы Владимировны, подруги имели целый список людей, которых можно было подозревать в желании изничтожить Герасима.
— Во-первых, мужья его любовниц. Как минимум двое — Миленин и Любин, — перечисляла Мариша. — Во-вторых, сами любовницы. Они могли и не простить ветреника.
— Ага. А еще его родственники! Сестра и ее муж.
— Может быть, и мать. Но главное, муж сестры. Вряд ли этому человеку нравилось жить вместе с тещей. А тут квартира у родственника новая. И бизнес доходный.
