Соседка Этны — Галина торговала водкой из-под полы! Ну да, конечно. После одиннадцати часов вечера водку и прочие алкогольные напитки крепче пятнадцати градусов нельзя было купить ни в одном магазине города. Даже мартини попадало под этот запрет. А ведь всем известно, что самое веселье всегда начинается как раз после одиннадцати. И где взять в это время веселящий яд? Только вот у таких спекулянток. Вот потому Галина и не спит в такое позднее время. Ночь для нее — время бизнеса, самая торговля.
— Вы следующие, — сказала Галина, поманив подруг к себе. — Заходите обе!
Она впустила подруг в квартиру.
— Ну? Вам чего? Предупреждаю, у меня только водка и коньяк. Три звездочки. Самый дешевый. Приличный уже весь разобрали.
Часы показывали три, начало четвертого ночи. Похоже, бизнес этой дамы процветал. На всякий случай подруги купили у нее бутылку водки и какой-то коньяк.
— Только не знаем, что и делать, — вздохнула Мариша, когда они расплатились за покупки. — Мы ведь к вашей соседке в гости званы. Приехали, а ее дома нет.
— Не открывает! — подтвердила Инна.
Но в это время на лестнице раздался какой-то шум. Словно упал мешок с мукой. Галина переменилась в лице. И открыв входную дверь, выглянула на лестницу.
— Арик! Твою мать! Говорила же тебе, сиди дома! Куда ты поперся!
Подруги выглянули следом за ней. И обнаружили пьяненького Арика, который лежал на один пролет ниже, трогательно прижимая к груди бутылку.
— Не разбил! — блаженно шептал он, пока женщины тащили его назад в квартиру Галины. — Мог, а не разбил!
Арика положили в прихожей на чистенькую соломенную циновку, прикрыли сверху пледом, который он тут же сбросил.
— Так к кому вы пришли? — спросила Галина у подруг, косясь на посапывающего на полу мужчину.
Лицо Галины выразило непонимание.
— Такая краля с белыми волосами.
В это короткое восклицание Галина умудрилась вложить целую гамму чувств. Тут было и недовольство, и зависть, и любопытство. Последнее превалировало.
— И что вам от нее надо?
— А сама смылась? Очень на нее похоже!
И в этот момент раздался еще один голос.
— Мама! Зачем ты говоришь, если совсем ее не знаешь!
Подруги изумленно оглянулись и обнаружили в дверях молоденькую девушку, еще почти подростка. Вряд ли ей было больше восемнадцати. И сейчас она осуждающе смотрела на Галину.
— Ты же ее не знаешь! — повторила девушка.