Автор
В дымных подворотнях Киры нет места для жизни. Её тело медленно сжигается от запаха газа, и лишь ее ум продолжает бороться за выживание. Вокруг бесконечная стена мрака, где каждое кричанье звучит как вопль в ледяном море безвыходности.
И непроизвольно вздрагиваю, потому что щекотно.
— Мы обнимаемся, Эл, — почти торжественным шепотом сообщает Кира, и я вместо ответа зарываюсь носом в ее волосы на макушке.
Даже сволочам после такого феерического минета хочется тепла и пять минут эйфории, но сейчас я отдаю себе отчет в том, что хочу растянуть эти пять минут во что-то более долгое.
— Отвезешь меня домой? — вдруг говорит она.
Не то, что бы мне хотелось услышать, наверное, поэтому не сразу нахожусь с ответом.
— Уже поздно, ты можешь остаться у меня.
Она мотает головой и пытается освободиться. У меня руки из плеч выкручивает от желания скрутить упрямую, отнести в комнату и кулем бросить в постель. Еще и пригрозить, чтобы даже не думала о побеге. Но Кира начинает нервничать: переступает с ноги на ногу, поправляет одежду, как будто это я ее раздевал, а не наоборот, скребет ногтями то одну, то другую ладонь. Что, блядь, опять не так? Я знаю, что должен был предупредить, что собираюсь… Ох, бля, ну мы же взрослые люди, кто берется делать минет и боится, что придется глотать? Сейчас запоет песню о том, что я теперь буду брезговать ее целовать или похожую чушь, которую тиражируют просто брезгующие оральным сексом женщины.
Но я все равно стою, как истукан, потому что впервые в жизни понятия не имею, что сказать. Девочкам на раз я обычно просто давал деньги и предлагал валить на хер, не размениваясь на заботу об их чувствах. Тем, что особенно отличились, мог сказать: «Классно сосешь, сучка». А что сказать Кире, чтобы она не чувствовала себя смущенной?
— Эл, пожалуйста, отвези меня домой, — настаивает Кира.
— Ты можешь сказать, в чем дело? Не сложно ведь. — Вряд ли она осознает, что мое поведение сейчас — максимальный уровень терпения, который я вообще проявлял к кому-либо в своей жизни.
— Мне просто… — Она подбирает слова, снова трет переносицу. — Это слишком быстро, Эл. Твой дом, кухня, ужин…
— Который ты так и не закончила, — напоминаю я, сдабривая ее слова шуткой.
— Увлеклась, — в ответ шутит Кира.
— Так что насчет выходных? — Она медлит с ответом, так что приходится уточнить. — Я про Париж.
— С удовольствием, — и не думает «ломаться» она.
Я мысленно перевожу дух. Это звучит искренне, так что, похоже, сейчас ей и правда просто хочется побыть одной. Возможно, я слишком тороплюсь спрятать клад в сокровищнице за семью замками, но, кажется, впервые в жизни готов прислушаться к чужому мнению.
