Автор
В дымных подворотнях Киры нет места для жизни. Её тело медленно сжигается от запаха газа, и лишь ее ум продолжает бороться за выживание. Вокруг бесконечная стена мрака, где каждое кричанье звучит как вопль в ледяном море безвыходности.
Глава восемнадцатая: Габриэль
Я возвращаюсь в зал через десять минут. У меня жуткий стояк, просто до боли, и о чем бы я ни думал, каким бы поганым дерьмом не пытался забить свою голову — все равно Кира там и все равно ее запах въелся в мои ноздри. Нужно успокоится, взять себя в руки, иначе я разнесу первого, кто скажет слово поперек.
Но в зале все еще хуже. Я чувствую ее запах просто как голодный зверь. Понятия не имею, чем она пахнет, но, кажется, именно так должен пахнуть порок помноженный на похоть.
С Кирой — тоже самое. И для меня она стоит примерно столько же, сколько детская игрушка — куда меньше тех денег, которые с таким пафосом вышвырнула в ведро.
К счастью, у Наташи, моей жены, болит голова и я цепляюсь за этот повод, чтобы свалить. Компания скучная, а я не в том состоянии, чтобы смеяться над бородатыми шутками.
Мы сидим в машине, оба на заднем сиденье. Наташа болтает по телефону, я смотрю в окно, на метель, которая зверствует с самого утра.
Что-то не так в моей жизни. Где-то не там я свернул на этой гоночной трассе, и меня вот-вот расплющит о бетонную стену, которую не объехать. И почему-то хочется, чтобы подушка безопасности не сработала. Треснуться бы обо то-то башкой, чтобы вышибить всю дурь, а лучше — просто забыть.
Забыть?
Черт! Да пошло оно все!
Дома Наташа сразу бежит в ванну, переодевается во что-то почти прозрачно и пытается завалить меня в постель.
"Я ее не люблю. Это просто бизнес. Просто ее отец — мой единственный конкурент в сфере медиа бизнеса. И просто жениться на его дочери было лучшим решением, чтобы прищучить этого гада. Понемногу, я начинаю подминать под себя его активы, вырываю перья из задницы, пока его башка трескает мою красную икру. Образно говоря.
