Автор
В темноте ночи и ярости разбойников, Сабрина ощущала безмолвную борьбу внутри себя. Улицы вокруг погрузились в тень, а роковые выстрелы и свист стрел наполняли воздух беспомощным трепанием. Кровавый свет неба лишь добавлял гнетущей угрозы, окутывая мир в холодную мольбу за живучесть....
Он лишь обрадовался тому, что к Бешеному Коню и Сидящему Быку примкнет на несколько человек меньше.
В полном одиночестве Слоан продолжал ночную разведку и, когда наконец устроился на ночлег под звездным небом, испытал удовлетворение от своей работы. Одни должны жить, другие — умирать: жизнь меняется. Хорошо, что ему удалось спасти эту семью шайенов. Собственная жизнь прежде не имела для него значения.
Но силы его иссякли. Подобно старику шайену, он устал сражаться. Война в прериях в конце концов завершится; сколько человек еще погибнет в ней, неизвестно.
Ему хотелось отправиться домой… и остаться там. Найти способ сблизиться с женой и отыскать путь в будущее.
Слоан закрыл глаза, пытаясь заснуть.
Едва погрузившись в дремоту, он услышал легкий, чуть уловимый шорох в зарослях. Не шевелясь, Слоан открыл глаза и огляделся. Ничего подозрительного он не заметил, но понял: рядом кто-то есть.
Внезапно он сорвался с места и откатился за камень, лежащий у берега реки.
Люди, окружившие его, перестали таиться. Слоан услышал птичий крик и понял, что кричит вовсе не птица, а затем перед ним словно из-под земли выросли трое молодых индейцев. На их лицах и телах не было боевой раскраски, они были одеты в кожаные штаны и мокасины. Слоан узнал двоюродного брата Ястреба, Кинжала, прежде, чем молодой сиу заговорил.
— Кугуар-в-Ночи, мы рады видеть тебя одного, без солдат.
Он мог бы прикончить всех троих, подумал Слоан. Но индейцы тоже это понимали. Наверняка поблизости затаились другие воины. Если он попытается убить троих, то наверняка будет схвачен и умрет в муках. Слоану не хотелось убивать — так же, как и троим индейцам, стоящим перед ним.
Он поднялся из-за камня и сунул револьвер в кобуру.
— Здравствуй, Кинжал. Кинжал кивнул.
— Слоан, пойдешь с нами, — негромко проговорил он. — Тебе нельзя возвращаться к солдатам: ты слишком много знаешь.
— На самом деле я не знаю почти ничего, — возразил Слоан.
— Мы можем связать тебя, словно пойманного оленя, — продолжал Кинжал, — или предоставить тебе свободу. Но к солдатам ты не вернешься, а если попробуешь — тебя убьют. Мне жаль так поступать, но я буду вынужден застрелить тебя.
Слоан не ошибся: из кустов вышли еще четверо индейцев. Одним из них оказался его двоюродный брат, Высокий Человек."
"— Я еду с вами, — кивнул Слоан.
