Автор
В темноте ночи и ярости разбойников, Сабрина ощущала безмолвную борьбу внутри себя. Улицы вокруг погрузились в тень, а роковые выстрелы и свист стрел наполняли воздух беспомощным трепанием. Кровавый свет неба лишь добавлял гнетущей угрозы, окутывая мир в холодную мольбу за живучесть....
— Сабрина!
Услышав свое имя, она застыла, затем медленно обернулась. Пыль оседала, и перед ней из кроваво-красного облака вновь возник призрачный всадник. Это был индеец сиу.
Угольно-черные глаза смотрели оценивающе. Под влажной кожей на плечах и груди перекатывались мускулы, оттененные малиновым отблеском угасающего солнца. Черные, как тушь, прямые волосы ниспадали до плеч, обрамляя выразительное лицо.
И вместе с тем этот человек был белым.
Его черты были на редкость правильными, даже по классическим европейским канонам красоты.
Слоан.
— О Господи! — выдохнула Сабрина. — Слоан!
Она кинулась к нему и крепко обняла дрожащими руками.
— Слоан…
Он решительно отстранил ее на расстояние вытянутой руки и вопросительно приподнял бровь, вглядевшись в перепачканное лицо.
— В нашем положении подобные приветствия неуместны, — сухо пробормотал он и быстро добавил: — Ты ранена?
— Нет, Слоан, но все эти люди…
— Лишь малая часть тех, кому еще предстоит умереть, — прервал он.
— Слоан… — снова начала она и осеклась.
Индеец, напавший на Сабрину, был еще жив, как и его товарищи, во все глаза наблюдавшие за Сабриной и Слоаном.
Сабрина увидела, как индеец, которого Слоан повалил на землю, поднялся и встал за его спиной.
Нападавшие сплотили ряды, придвигаясь ближе. Этот стратегический прием был хорошо известен.
— Слоан! — ахнула Сабрина, увидев, что индеец приблизился к нему почти вплотную. Их окружала живая стена. Если бы у Сабрины было оружие и она умела с ним обращаться, численный перевес все равно остался бы на стороне противников.
Только тут она заметила, что Слоан безоружен. При нем не оказалось даже ножа, который он обычно носил за голенищем сапога.
— Я… я попробую сбежать! — крикнула она.
— Не смей, Сабрина! — приказал он, поворачиваясь лицом к индейцу. Слоан заговорил громко и яростно, сопровождая свою речь бурными жестами. Индеец отвечал ему столь же гневно.
Товарищи индейца в стоическом молчании слушали, ожидая исхода.
— Слоан, мы должны бежать! — Сабрина метнулась к лошади. Еще немного — и она вскочила бы на нее верхом.
Но не успела. В последний момент Слоан поймал ее и прижал к себе.
— Слоан, что ты делаешь? — в отчаянии прошептала она. — Нам надо бежать!
Он медленно и печально покачал головой.
— Слоан, мы еще успеем…"
"— Сабрина, вон за тем холмом ждут тысячи сиу и шайенов. Тысячи тысяч. Их больше, чем я когда-либо видел за всю свою жизнь.
