В последние годы жизни Дэвида они были очень близки. Если сейчас Ястреб не доверяет вам, то потому, что боль потери слишком сильна. Есть, правда, и другая причина…
– Для начала лучше расскажите свою версию, леди Даглас.
Скайлар улыбнулась. Да, такой мужчина с легкостью может очаровать любую. Он тверд, порой безжалостен, но, когда требуют обстоятельства, может быть даже само очарование и деликатность.
А еще чертовски проницателен и настойчив, если поставил перед собой какую-то цель.
– История длинная и запутанная, – уклончиво ответила она. – Все, что вам нужно пока знать, – это то, что мы с лордом Дагласом были добрыми друзьями, что он был мне глубоко небезразличен. – При этих словах Скайлар зарделась. – Не в том смысле, в каком вы, наверное, подумали, – быстро пояснила она.
– Могу себе вообразить! Дэвиду было достаточно одного взгляда для того, чтобы решить: вы идеально подходите его сыну.
– Но оказалось, что совсем не подхожу, верно?
Слоан натянул поводья и повернулся к Скайлар.
– Вы и представить себе не можете, насколько идеально. Но вы ведь не испугались его, так? Ну, по крайней мере не настолько, чтобы потерять сознание?
– Нет, один раз было.
– Когда Ястреб сообщил мне, что он лорд Даглас.
Слоан захохотал и никак не мог остановиться, так что, пришпорив коня, унесся вперед. Скайлар какое-то время пребывала в замешательстве. Вернулась же к реальности тогда, когда заметила рядом с собой Ястреба.
Слоан, по всей видимости, в компании не нуждался, он и сам с собой умел веселиться.
– Ну что ж, – заметил Ястреб, – ты так прекрасно ладишь с моими друзьями. Как путешествие? Наслаждаешься?
В намеренно беззаботном голосе сквозило раздражение. Пожалуй, это даже приятно, решила Скайлар. Улыбнувшись, она сказала:
– Здесь очень красиво.
– Именно здесь обитает Вакан.
– Великий Дух? Ястреб кивнул.
– Ты веришь в него? Казалось, совсем недавно ты присутствовал на христианском обряде погребения.
Ястреб передернул плечами.
– Отец исповедовал христианство.
– Среди белых я христианин. Я верю в силу куда более могущественную, чем люди. Можно называть ее Богом или Ваканом. Все люди – ее творения, вне зависимости от цвета кожи. Когда видишь такую красоту, волей-неволей поверишь в существование божественного начала. А ты веришь?
– Разумеется, – кивнула она, – а еще в силы добра и – неизбежно – зла.
– Не забыть про рай с адом. Скайлар кивнула.
– Дьявол, – мягко проговорила она, – живет в сердцах тех людей, которые дают ему приют.
– А к краснокожим это отношение имеет?
– Если они ведут себя подобно белым грешникам.
– Ну надо же, – промурлыкал Ястреб у ее уха, – кое в чем наши мнения сходятся.
Улыбка, сначала робкая, озарила лицо Скайлар. И вот она рассмеялась.