Изумительная вышивка – бирюза по выцветшей до белизны оленьей коже. Должно быть, получится необычайно красивое платье, из тех, что носят индианки. Пожилая женщина подняла на гостью глаза и кивнула так, словно ждала Скайлар и ничуть не удивлена ее присутствием.
Кроме женщин, в вигваме были еще дети.
Девочка лет одиннадцати-двенадцати, мальчик лет восьми и еще четыре малыша: один лежал в деревянной колыбели, два ребенка, которые только начали ходить, и один чуточку постарше. Кто они, девочки или мальчики, разобрать Скайлар не могла. Она так и стояла в замешательстве и смотрела; но вот старшая девочка робко улыбнулась, а малыши стали подбираться ближе.
Улыбка девочки подбодрила гостью, и она опустилась, приготовившись поздороваться с карапузами.
Они не заставили себя ждать и мигом взгромоздились на нее. Скайлар рассмеялась и упала на землю, малышей это развеселило, и они тоже начали радостно смеяться. Скайлар подхватила одного, с серьгой в ухе, который успел оседлать ее, и опустила на землю рядом с собой. К ним подошла старшая девочка и с несмелой улыбкой начала что-то говорить на своем языке, жестами спрашивая, не хочет ли она пить. Жесты оказались настолько понятными, что Скайлар, кивнув, ответила:
– Вода. Да, пожалуйста.
Дед Ястреба вошел в вигвам, наблюдая за всем происходящим удивительно темными, загадочными глазами. Обветренное лицо изрезано морщинами. Скайлар отпила воды из тыквенной бутыли и поблагодарила девочку и пожилого человека. Один из малышей отыскал в кармане ее юбки черепаховый гребешок. Она взглянула на старого воина, а после показала ребенку, как следует пользоваться этой вещицей, – смеясь, провела по темным волосам и протянула гребень ему. Ребенок пораженно следил за каждым ее движением, любопытные, миндалевидной формы глазенки становились все больше и больше. Скайлар прикусила губу, вспомнив внезапно о том, что читала, – об огромном количестве детей, убиваемых во время налетов на индейские деревни. Тогда это почему-то не воспринималось так остро, но сейчас, когда она видела перед собой этих крошек, удивительно красивых детей…
Никто не имел права убивать невинные создания. Малышей, лица которых озарялись улыбками, милые ротики что-то лепетали, а ручки тянулись за лаской, детей, которым необходима любовь. Она вздрогнула. Подняла глаза на старого индейского воина. Он смотрел так, словно бы понимал ее мысли. Ни слова из того, что он говорил, она не разбирала, да и он не знал языка, но тем не менее каким-то образом общаться им удавалось. Воин улыбнулся, словно подбадривал ее.
И страх словно бы испарился.
Пожилая женщина заговорила очень тихо с воином. Он кивнул и снова посмотрел на Скайлар.