Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Неправильная невеста. Сердце Стужи» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Проклятие превратило её в камень, но перед этим она получила легендарное Сердце Стужи – магическую силу, которую по традиции должна передать мужу. Женщины считаются неспособными управлять такой магией. Но всё меняется одним разговором, который заставляет её бросить вызов древним законам и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я не могла… не могла ослушаться, а должна была, – Милдрет жалобно всхлипнула и растёрла веки пальцами. – А теперь всё потеряно. У меня ничего не осталось.
– Ты… ты осталась, – сразу возразил он. – Если не заметила, все в отряде кого-то потеряли. Дом, семью…
Он поражённо рассматривал Милдрет, задумавшись о том, как бы сам поступил на её месте. Хотя о чём он? Стефан был на её месте. Отец ждал от него свершений, мать наставляла на правильный, по её мнению, путь. Но именно она требовала забрать Сердце любой ценой. И тогда бы это Эрика покупала в лавке средство против зачатия. Стефан сделал свой выбор. Милдрет тоже, но не успела ни на что повлиять.
– Пойдём, купим что-нибудь на праздничный стол, – он снова попытался взять её за руку, но результат был тот же.
– После… – она тяжело сглотнула и опустила голову, чтобы не смотреть в его глаза, – после того, что случилось, меня пугают чужие прикосновения. Прости, пожалуйста. Дело не в тебе.
– Любые прикосновения? – мягко спросил он.
Он привык за общением с Эрикой прикасаться к ней: подталкивать, трепать волосы, щипать шутливо. Видимо, это осталось после их детских игр. А Милдрет так похожа на неё внешне. Но не характером. Только всё равно он непроизвольно тянулся к ней. Она выглядела такой несчастной, что хотелось как-то поддержать: сжать ладонь, потрепать по плечу. Потому на всякий случай он отвёл руки за спину.
– На любые, да, – подтвердила она, вновь подняв к нему полные слёз зелёные глаза. – Сразу так страшно становится. Будто я снова там… И паника приходит. Мне кажется, я постоянно всего боюсь."
"– Все мы боимся. Время сейчас сложное. Не думай, что одна такая, – он кивком указал ей на продуктовую лавку.
На этот раз она не спорила, послушно пошла с ним. Фрукты в Эрфолке действительно дороги, особенно весной, но в предвоенное время они не пользовались спросом. Хозяйка отдала им за половину цены вазир из Флассии, половину лукошка сладкой ягоды зимовинки и яблоки прошлого сезона.
– Никогда не ела вазир, – Милдрет с любопытством рассматривала сморщенную коричневую ягоду.
Немного посомневавшись, она закинула сухофрукт в рот и начала сосредоточенно жевать.
– Жёстко, но вкусно.
– Они просто залежались, – Стефан тоже взял одну ягоду, но продолжал смотреть на девушку.
Почти детский восторг на её лице не мог оставить равнодушным. Даже встречные мужчины оглядывались на неё. Сам Стефан привык к достатку, потому забыл, что простой люд не может себе позволить ежедневно кушать вазир. Когда встаёт выбор, они делают его в пользу овса.
– Надо что-то делать с твоей проблемой, – внезапно и для самого себя заявил он.
– Проблемой? – Милдрет поперхнулась от неожиданности.
– Прикосновения. Как дальше жить, если не можешь ни к кому прикоснуться.
