— Не стоит торопиться, — спокойно ответил Корсаков на мой недоумевающий взгляд. — Процедура мобилизует многие скрытые резервы организма и его функции в ближайшие несколько минут находятся в раздрае с реальностью. По быстро меняющемуся выражению твоего лица я никак не могу понять, ты удовлетворён полученной информацией или не очень?
— Ну, как сказать, всё я конечно не вспомнил, но некоторые ключевые моменты начали прорисовываться. Думаю, на этом лучше пока остановимся, а если понадобится, то повторим, хорошо? Поздно не будет?
— С этой процедурой никогда не поздно. Если ты перенёс её хорошо, то к стандартному варианту возвращаться нет смысла. Да с ним через пару дней уже будет поздно.
— Понял. Буду действовать по обстоятельствам. А что по поводу дара?
— Я думал, что ты уже всё знаешь, — хмыкнул он.
— Кое-что знаю, но хотелось бы услышать ваше мнение.
— Он жив и есть перспективы, но тебе придётся очень постараться. Работай не покладая рук, попроси у отца ночные подработки. Всё в твоих руках и твоей власти, надо лишь приложить усилия.
— Спасибо, Борис Владимирович, обнадёжили.
Я чувствовал себя уже вполне нормально. Встал с кресла и вышел из кабинета. Значит дар есть. А во время вчерашнего сеанса не было. Без медальона он пока возвращается в спячку. Попробую выкупить этот простенький артефакт у Николая. А точнее у Тимофея, это ведь его собственность. Правда неизвестно каким путём добытая, вполне возможно, что нелегальным, эта мысль немного напрягает. Да как следует напрягает, не хватало, чтобы за мной ещё семейство Вяземских начало охотиться.
Первым делом я наведался в приёмное отделение и манипуляционную, везде пока тихо. Навестил вчерашнего лётчика с лесов, он слёзно умолял отпустить его домой, работа стоит без него, никто не знает, что делать без его мудрого совета и золотых рук. Я внимательно осмотрел незаменимого строителя, проверил восстановление функции левой нижней конечности, грудной клетки, всё в полном порядке. Под свою ответственность разрешил идти по своим делам. На одного счастливого человека на свете стало больше. Несмотря на возраст, он бежал только пятки сверкали. Ну, значит здоров.
По пути в свой кабинет попросил первую попавшуюся медсестру, чтобы ко мне в кабинет принесли кофе и выпечку, потом пригласили Виктора Сергеевича. Подумал про Илью, но его уже второй день не было видно в клинике. Как хороший друг я должен был бы позвонить, поинтересоваться, но мне всё было некогда. А сейчас он трубку не берёт.