Я проснулся с невыносимой болью в боку и сразу понял, что не на дежурстве — вокруг сводчатые кирпичные стены, покрытые паутиной и плесенью, напоминающие старый подвал. В узкой комнате горит странная лампа, освещая мрачное место с тоскливым запахом.
Похоже, «Неправильный лекарь. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Но не так легко. И это очень редко случается. Мне очень жаль, сын. Если бы у меня была возможность безнаказанно вывернуть наизнанку этого Григория Воронихина и вернуть тебе память и дар, я сделал бы это не задумываясь. А вот заносчивость и самоуверенность я бы тебе возвращать не стал, сейчас ты мне больше нравишься.
— Спасибо, пап. И за тёплые слова, и за доверие, — ответил я. Не стал допивать коньяк и поставил бокал на столик. Что-то он поперёк горла встал и не лезет. — Я пока не знаю, как именно, но я верну свой дар и свою память, всё, как ты сказал только что, но без выворачивания Воронихина мехом внутрь.
— Оштрафую завтра Бориса Владимировича, — буркнул отец и горестно вздохнул.
— За что? — спросил я. От такого резкого переключения у меня перед глазами мир качнулся.
— За то, что вместо памяти тебе восстановил-таки самоуверенность, — хмыкнул он.
— Нет, пап, тут другое. Ну не совсем, то, только отчасти.
— Кажется, я перестаю тебя понимать."
"— Я хочу всё вернуть не просто потому, что это нужно лично мне, а потому, что я хочу быть продолжателем династии, о которой будут говорить на каждом углу. А такое достигается только совместными действиями, а не дуроломством и чрезмерным себялюбием. Я не смогу себя уважать, пока это не сделаю. А вот тогда сразу и начну, закажу себе портрет, бюст и памятник во весь рост, который поставим где-нибудь напротив Казанского собора.
— Там занято, — хмыкнул отец.
— Значит тот куда-нибудь переставим, не страшно. Только там мы будем втроём. А точнее вчетвером.
— Эскиз есть уже? — спросил отец. Он уже едва сдерживался, чтобы не заржать и в то же время коварная слезинка умиления затаилась в уголке глаза.
— Конечно, — на полном серьёзе заявил я. — Но, пока только пьедестал.
— Ты больше не будешь? — отец кивнул на поставленный мной недопитый бокал.
— Извини, что-то не идёт.
— Странно, это твой любимый.
— Дело не в этом, просто нет желания, извини.
— Да без проблем, — он вылил остатки моего коньяка в свой бокал и осушил залпом до дна. — Сегодня у меня был трудный день, пойду лягу спать пораньше. Ты бы тоже шёл отдыхать, завтра тоже будет очень непростой день. Как, впрочем, и все эти дни до заседания коллегии. — потом подумав добавил, — А потом ещё сложнее.
— Всё будет хорошо, вот увидишь. Пойду почитаю немного и спать, — сказал я, встал со стула и пошёл на выход.
