Открыв глаза, я оказался в белом помещении — не в простом гробе, как предполагалось. Невероятная слабость заставляла дрожать каждую сустав и мешала даже шевельнуть рукой или ножкой. Я ощущал дискомфорт и жжение в руках до локтя и ногах до колена. Погруженный в магическое ядро, я был потрясён: там было что-то вроде сражения варваров со свечами. Энергии здесь были на минимуме, само ядро и его протоки ждали серьёзного обновления....
Похоже, «Неправильный лекарь. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ну допустим, — кивнул он. — Но это ведь помогает, а, как всем известно, лучшее — враг хорошего. Так в чём тогда проблема?
— Нет там ничего хорошего, Виктор Сергеевич, — в присутствии медсестры я называл его только на вы. — Время в лечебницах словно остановилось, а надо двигаться вперёд. Они ведь могут оказывать медицинскую помощь более качественно, просто нет возможности.
— Если я правильно понял, вы, Александр Петрович, — сказал он ещё более официальным тоном, чем я разговаривал с ним. — С завтрашнего дня начинаете нести культуру в массы, вот и будет неоценимый вклад в развитие медицины среднего звена.
— Это всё понятно, но всё равно знахарь — это не лекарь и все проблемы не решит даже овладев в какой-то мере точечной магией. Поэтому я и хочу взяться ещё и за фармакологию.
— Ну книги достойные у меня есть, я тебе принесу, — немного смягчился он и перешёл на ты. — А вот насчёт развития фармации, могу предложить один вариант. Есть у меня один старый знакомый. Он правда очень странный, зато живой в отличие от изобретателя тонких потоков.
— Тогда вы непременно в ближайшее время должны меня познакомить с вашим странным фармацевтом. И про книги не забудьте.
— С книгами проблем нет, а вот с этим чудаком обещать не могу.
— Это ещё почему? — удивился я.
— Да он в последние годы вообще никого к себе не подпускает и никуда не выходит из дома. Всё, что надо для жизни, ему привозят курьеры.
— Ой, кого-то мне это напоминает, — хмыкнул я.
— Я так понимаю, ты имеешь ввиду Поджарского? — улыбнулся Виктор Сергеевич.
— Его самого, — кивнул я.
— По сравнению с Курляндским, Альберт Венедиктович просто душка и любитель светских вечеринок.
— Тогда тем более мне надо с ним познакомиться. Даже если вдруг ему не понравятся мои идеи, он об этом никому не расскажет.
— Это уж точно, — хмыкнул Виктор Сергеевич. — Даже зеркалу, потому что у него их нет.
— Неряшливый вид учёного это не самое страшное из его качеств.
— Ну смотри, я предупреждал, — хмыкнул дядя Витя.
"Я задумчиво почесал затылок. После работы я собирался ехать в типографию. Успеть и то и другое точно не получится, надо выбирать. Если бы не надо было отдавать в печать третью часть методических рекомендаций, можно было бы визит в типографию и отложить.
— А в четверг возможно будет к нему попасть?
— Без разницы, — пожал плечами Виктор Сергеевич.
