Открыв глаза, я оказался в белом помещении — не в простом гробе, как предполагалось. Невероятная слабость заставляла дрожать каждую сустав и мешала даже шевельнуть рукой или ножкой. Я ощущал дискомфорт и жжение в руках до локтя и ногах до колена. Погруженный в магическое ядро, я был потрясён: там было что-то вроде сражения варваров со свечами. Энергии здесь были на минимуме, само ядро и его протоки ждали серьёзного обновления....
Похоже, «Неправильный лекарь. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Прямо чувствую, как появляется нимб, и я поднимаюсь на белых крыльях над серой массой тупоголовых.
— Давайте я хотя бы оплачу расходы на изготовление мази, — предложил я.
— Значит я ошибался, — пробурчал, не прекращая жевать Курляндский. — Ты такой же тупой, как все.
Я уже был на грани и очень хотел опрокинуть на хозяина дома самовар с кипятком или шарахнуть электрическим разрядом, активировав свой медальон, но в этот момент почувствовал на своей руке крепкую хватку Виктора Сергеевича, который всё это почувствовал.
Немного дыхательной гимнастики, неторопливое жевание баранки и ароматный травяной чай помогли мне вновь обрести душевное равновесие. Дядя Витя прав, жёсткий ответ Курляндскому на его оскорбления нам ничего не даст, только закроет канал, который легко может помочь совершить переворот в лечении пациентов среднего и малого достатка в городских лечебницах Санкт-Петербурга.
— Сколько банок мази вы готовы предоставить? — спросил я, уже полностью успокоившись и замедлив пульс до нормальных показателей.
— Вот совсем другое дело, — хмыкнул Готхард, вытирая рот вышитой витиеватым узором шёлковой салфеткой.
— Десять банок для статистически достоверных выводов недостаточно, — выдал я. Решил рискнуть, а вдруг больше даст.
— Это ты верно подметил, — сказал он и удивлённо посмотрел на меня, словно я собака, попросившая у него денег на поход в театр. — Не такой уж ты и тупой.
