В нескольких шагах от людей на берегу озера возвышался странный холм, покрытый чем-то вроде металлических плит. Филипп первым обошел его, оскальзываясь на зеленых буграх, скользких, как жидкое мыло, и с содроганием обнаружил, что холм - лежащий на боку зверь! Мертвый зверь, судя по гигантской многометровой ране в его боку.
В длину гороподобное страшилище достигало не менее пятидесяти метров и заканчивалось короткой шеей с жуткой головой, похожей больше на грибообразный, весь в перепонках, нарост. В полураскрытой пасти зверя, откуда еще шел синеватый дым, лежало нечто, напоминавшее черное скользкое бревно, перекушенное почти пополам. Ног у мертвого чудовища, как и у "бревна", не было видно, и Филипп вспомнил маунта на Триасе: маунт был, конечно, в три раза крупнее этого гиганта, но и мертвый зверь впечатлял.
– Мать честная!- выдохнул Томах, не подходя близко.- Ну и велика же творческая потенция у природы!
– А ведь его убили недавно,- пробормотал Богданов, стоя у борозды в боку исполина, сочащейся сизым дымом.- Рана свежая.
– Похоже, в него всадили ракету,- сказал Филипп, падая на бок; удержаться на зеленых склонах, покрытых пастообразной, чрезвычайно скользкой массой, было нелегко. И вдруг у него появилось острое чувство тревоги.
– Слава,- позвал он, озирая окрестности,- чую опасность.
Но предупреждать никого не требовалось: и Богданов, и Томах уже насторожились, отзываясь на "звонок" тревоги, включенный подсознанием.
– Все сюда! - негромко проговорил руководитель группы, Скрываясь за скопищем черных "ежей", как они окрестили растительные шары. Убежище было ненадежным, но все же защищало от любопытных взглядов, появись здесь другие существа. И существа появились - собратья погибшего исполина. Издавая гулкие шлепки, с треском вспарывая заросли "ежей", чудовища выползли из-за обрыва на склон котловины и заскользили вниз. Ног у них и при движении не было видно, так что невозможно было понять, как они передвигаются.
Одно из чудовищ вдруг замедлило скольжение, и его безобразная голова, повернулась в сторону спрятавшихся в сотне метров людей. В ту же секунду из болота с плеском вылетела громадная черная торпеда и вонзилась в бок гиганта. Грохот, короткое оранжевое пламя, из бока животного с шипением вырвалась струя синего дыма. "Ящер" молниеносным движением, какого от него трудно было ожидать, поймал "торпеду" раскрытой пастью. Каменно-металлический лязг, хруст, сдавленный вопль - и все стихло. Только из бока раненого продолжала со свистом хлестать струя дыма, на глазах меняя цвет с синего на бурый.