В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Я лишь подошёл к этому вопросу с упором на современные достижения и улучшившиеся возможности артиллерии, — тут же нашёлся я."
"— Ну конечно. Как же я мог забыть. Вот только прежде за вами особенность подмечать столь очевидные вещи не наблюдалась. Представился мне как-то случай поговорить с вашим однокашником по корпусу, он откровенно удивляется произошедшим с вами переменам. И, к слову, упомянул, что по стрелковой подготовке вы были в числе отстающих.
— Сам поражаюсь случившимся со мной переменам. Полагаю, что причина в ранении в голову и в том, что я заглянул за грань.
— Ах, да, вас же ранило в голову. И как результат, мы сегодня испытываем ваш трал охранитель, — хмыкнув, недоверчиво покачал головой Эссен.
— Тогда у меня только два объяснения.
— И какие же?
— Первое, я гений.
— А второе? — оценив шутку улыбкой, спросил кавторанг.
— Я из будущего, и все мои придумки, всего лишь готовые решения которые со временем появятся без моего участия. Мне же остаётся их только использовать.
— Вот значит как.
— Насчёт сердца упокоится, это вам к цыганке погадать, Николай Оттович. А я точно знаю, что будет. Из будущего же. Помните?
— Хм. Действительно, чего это я. Тогда не расскажете ли, что нас ожидает?
— Вас ожидают орлы на погонах и командование Балтийским флотом.
— А если не так далеко?
— Можно и поближе. Когда Степан Осипович надумает ставить вас на корабль первого ранга, проситесь на «Пересвет», ну его этот «Севастополь».
— Кавторанга, с недостаточным цензом, на корабль первого ранга, мостик которого является прямой дорогой к орлам на погонах. Смешно, — хмыкнул Эссен.
— Ничуть. На кого тут может опереться Степан Осипович, если не на вас, его ученика и почитателя?
— Допустим. Но отчего именно эти два корабля?
— Помимо того, что Бойсман и Чернышёв являются креатурами наместника Алексеева, они ещё и как командиры особыми талантами не блещут.
— Не зарываетесь, мичман? Нет?
— Прошу простить, господин капитан второго ранга, увлёкся и забылся, — вытянулся я.
— Кхм. Это вы меня простите, Олег Николаевич. Сам же вызвал вас на этот разговор, а тут… Но и вы хороши, э-ка вас понесло в разнос.
— Всего лишь анализ ситуации как она мне видится. Вернее, говорю то, что будет. Я же из будущего.
