В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Имеется и второй ярус, как в купе, но если опустить полку, тогда складывается ощущение, что ты лежишь в ящике, а чтобы дотянуться до крышки даже не нужно вытягивать руку.
Есть ещё кубрик, на баке, вход в который через люк в основании орудийной тумбы. Там имеется четыре спальных места вдоль бортов. Высота не позволяет рассчитывать на второй ярус, но если распределить личный состав на три вахты, то вполне возможно организовать отдых. Иное дело, что основная доля вывозимого нами имущества сейчас как раз там и находится, а потому личному составу отдыхать попросту негде.
На вот такой случай пожалуй стоит обзавестись лёгкой съёмной конструкцией из стальных труб и парусины. Она обеспечит куда больший комфорт, чем вот этот полог устроенный на скорую руку, под который то и дело задувает, и попадает вода.
Я вообще планирую многое тут переделать. Успел уже облазить катер, и составить план реконструкции. После моей вдумчивой переделки из него получится такая конфетка, что все обзавидуются. Даже на крейсерах и броненосцах облизываться станут.
К ночи ветер утих до умеренного, а волна серьёзно так успокоилась. Барашки всё ещё случались, но брызги в лицо уже не летели. Впрочем, это ненадолго. Пока пробирались через сильное волнение успели выбиться из графика. Не то, чтобы уже опаздываем, но прибудем тютелька в тютельку. То есть, можем и опоздать. Что меня категорически не устраивало. Веселиться, так веселиться от души.
— Андрей Степанович, прикажи подтащить ялик, заполните короба доверху.
— Под парусом пойдём? — удивился тот.
Есть чему. Подобным уж давно не пробавляются на судах имеющих машину. На катере она в наличии и работает исправно. На секундочку, мы уверенно выдавали восемь узлов, вполне приемлемая скорость для грузовых судов. А могли прибавить ещё, поддерживая постоянный ход в двенадцать.
— Поможем машине. Хочу поберечь уголь.
— Да у нас его поди и так с запасом.
— Боцман.
— Прошу прощения, ваше благородие. Будко, Галанцев, Мещеряков, Дубовский, отцепляем ялик, и подтягиваем его борт к борту. Грузим угольные короба.
Особой радости матросики не выказали, всё же волна присутствует, и качка неслабая. На крейсере ничего подобного и близко не было бы, с его-то массой. А вот нас раскачивает. Работать же в подобных условиях удовольствие ниже среднего. Тем не менее, работа спорилась.
