В дебрях этого произведения ты окажешься среди мрачных теней и светлых надежд, где каждое слово — как нить в сплетении судьбы. В Неприкаянном мире атмосфера мрачна и окутанна гнетом, но вместе с тем она затягивает читателя в её глубокие кружевы, заставляя верить в возможность надежды даже в безвыходных ситуациях....
Эдак глядишь получится немного уменьшить силы Того, ещё до приезда Макарова.
Ну и такое обстоятельство, что Белый-младший видя реакцию командира батареи отнёсся к моим словам с уже куда большим вниманием. На обратном пути Леонид засыпал меня вопросами, и мы даже пару раз останавливались, чтобы я мог сделать кое-какие зарисовки. В трясущемся экипаже заниматься этим не с руки.
— Ваше благородие, это чего же получается, вы крейсер потопили? — когда мы наконец остались одни, спросил сопровождавший меня Казарцев."
"Я припомнил, что он ни на мгновение не отставал от меня, и побежал вместе на батарею.
— С чего такие выводы, Илья? Все стреляли и я стрелял. Попадал чаще остальных, это так. Но по тому крейсеру и от «Ретвизана» прилетело не раз.
— Не, ваше благородие. Что не говорите, а «Читосе» всё же вы приголубили.
— С чего ты взял, что это «Читосе»?
— Так нас сигнальщиков учили определять корабли по силуэтам, и по виду.
Хм. Получается, что войну с Японией не исключали и мало того, готовились к ней. Но как-то уж слишком вяло.
— Ты, Илья, не выдавай желаемое за должное. Понимаю, что хотелось бы, чтобы именно я утёр нос остальным, потому как твой командир, а под рукой геройского офицера и служить приятней. Но на деле это не так, хотя и я дал японцам прикурить. Ну и самое главное, о том, что я из орудия бил в этом бою никому не рассказывай.
— Да как нас на берег-то? — возмутился сигнальщик.
— А вот так. Потому и говорю тебе, думай, что говорить, а о чём и помолчать лучше.
— Есть думать, — с готовностью ответил тот.
Глава 14
Какой же русский не любит быстрой езды!
Я выложил последнюю карту, показывая, что партия вновь осталась за мной.
