Адриан вновь предлагает ей невозможное — сделку, способную изменить их жизни. Она должна выбрать между своей честью и неудержимым желанием, которое жжет изнутри. Темные глаза мужчины скрывают опасные секреты, а каждый его шаг приближает их к грани безумия.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Непристойное предложение. Книга 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Адриан вновь предлагает ей невозможное — сделку, способную изменить их жизни. Она должна выбрать между своей честью и неудержимым желанием, которое жжет изнутри. Темные глаза мужчины скрывают опасные секреты, а каждый его шаг приближает их к грани безумия.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Адриан вновь предлагает ей невозможное — сделку, способную изменить их жизни. Она должна выбрать между своей честью и неудержимым желанием, которое жжет изнутри. Темные глаза мужчины скрывают опасные секреты, а каждый его шаг приближает их к грани безумия.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Непристойное предложение. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но страх придал мне сил, и я встала, кинувшись к облокотившемуся на стену Адриану.
— Нет, нет, нет! — причитала я со слезами на глазах.
За окном уже раздавались крики. Я слышала голос Марка, но все было таким бессмысленным. И Фабия, которую поймали, и сокровища, которые скрывались совсем рядом.
Она ударила его ножом, ударила, слишком много крови. Он умирал, понимала я, и пыталась снять рубашку, чтобы перевязать рану. Где же жандармы, почему не спешат в дом…
В глазах все плыло из-за слез.
— Не бросай меня, умоляю! — всхлипывала я.
— Элеонора, — прохрипел Адриан, я почувствовала его руки на своей талии.
— Нет, пожалуйста, нет.
— Посмотри на меня, — сказал он твердо.
А я все еще пыталась понять, что делать с раной и кровью.
— Элеонора! — снова прорычал он, пока я обследовала грудь, которая вся была в крови.
— Шрамы… — осознала я, проводя рукой по гладкому телу.
— Посмотри на меня, — снова приказал он, и я подняла голову.
Это был Адриан и не он одновременно. Я дотронулась рукой до его щеки и поняла, что и на лице шрама нет. Не было трости. И фамильяр, он вернулся.
Я вдруг почувствовала, как рана в груди стягивается, и в шоке сделала шаг назад.
— Ты выздоровел, — поняла я. — Больше нет ни шрамов, ни увечий.
Адриан улыбнулся, он щелкнул пальцами, отчего вся комната заполнилась маленькими огнями. Теперь я лучше видела его лицо, его тело. Которое уже само излечилось даже от последнего удара. Я неожиданно вздрогнула, почувствовав, как об ногу трется кот."
"— Все закончилось, — сказал Адриан и сделал резкий шаг вперед, — теперь все закончилось, Элеонора.
Он сделал еще один твердый и уверенный шаг в мою сторону, а я смотрела и не могла поверить. Снова потянулась рукой и коснулась подушечками пальцев щеки. Да, теперь все закончилось.
34
«Дорогие мои девочки, Элеонора и Маргарет. Нам с отцом странно писать эти строки, зная, что вы прочитаете их, только если нас обоих не станет. Мы отчаянно надеемся, что вы уже достаточно взрослые, что вместе с вами мы смогли отпраздновать самые значимые для вас события и были рядом в те моменты, когда больше всего были вам нужны. Мы всем сердцем храним надежду, что увидели, как Маргарет недовольно поджимает губы и дует щеки, когда в день свадьбы наша капризная дочка чем-то недовольна. Как наша Элеонора улыбается и нервничает, теребит подол и прыгает на месте, ведь наша милая Эли такая непоседа. Нам хочется верить, что мы с Джоном держали на руках внуков и видели, как они взрослеют.
Надеюсь, каждая из вас удачно вышла замуж и сейчас, читая это письмо, чувствует поддержку супруга и своих взрослых детей. Я верю, что мы ушли в тот момент, когда вы не нуждались в нас так остро и болезненно, как сейчас, будучи двумя маленькими и такими беззащитными малышками.
