Родительская кухня на третьем этаже дома в Саммите, Нью-Джерси — вот где начинались почти все субботы ее жизни за последние тридцать один года. Риган привыкла залезать на перила и подглядывать в окно в ожидании начала нового дня. Но эта суббота была особенной: это последняя ее незамужняя суббота....
Мы соседи, живем через дорогу.
— А у вас есть номер телефона ее приятеля? Или родителей? — спросила Риган.
Синди покачала головой:
— Нет. Я уверена, они записаны где-то у нее дома. Я чувствую себя просто ужасно. Это я во всем виновата. Я убедила ее, что ей нельзя оставаться одной сегодня вечером. Ума не приложу, что теперь делать!
Риган и Джек многозначительно переглянулись.
— Думаю, нам не помешает наведаться в Куинс, — решительно сказал Джек.
Риган кивнула.
— Итак, леди, — обратился он к девушкам, нагнувшись и заглядывая в открытое окно машины.
— Большое вам спасибо, — быстро проговорила Синди, открывая дверцу и проворно выбираясь из машины. — Мы должны, мы просто обязаны ее найти.
33
Когда Джойс очнулась, в голове у нее стоял мутный туман, а в висках стучало.
— Ну, девонька, оклемалась? — прошамкала она надтреснутым голосом.
До смерти перепуганная Джойс никак не могла собраться с мыслями. Она попыталась что-то сказать, но едва могла пошевелить языком.
— У меня жутко болит голова, — пробормотала она. — Что… Что со мной случилось?
Старуха ухмыльнулась:
— Я как раз возвращалась домой с прогулки с моими четырьмя ребятками, когда ты вышла из-за угла. Ты что, не помнишь, как сказала мне, что обожаешь собак? Ты нагнулась, чтобы их погладить, и Порги так обрадовался, что начал прыгать тебе на грудь.
— Спасибо, — пролепетала Джойс. — Но я лучше пойду домой.
— Ни в коем случае! Тебе нельзя вставать! Чай, которым, я напоила тебя накануне, особенный, целебный.
